Когда он ещё согнулся, будто в поклоне, но Наташа догадалась, что он собирается сделать, она не поверила. Ждала, что призрачный клинок зряшно пройдёт руку воина-орденца. Он и прошёл. А волк вдруг вскрикнул от боли. Наташа ахнула: его оружие тяжко грохнулось на землю, в кратко прошуршавшие травы! А рука волка, бессильно упала вдоль его бедра, словно резко превратившись в… тряпку!..
Аедх, не успевший за эти секунды (а всё произошло именно в секунды!) даже обернуться к своему воину, тем не менее среагировал на его вскрик и за шиворот дёрнул волка к себе. Не совсем к себе. Никто опомниться не успел, а воин-маг заступил место раненого и крикнул своим:
— Не давайте призракам коснуться вас! Они боятся железа!
И подкрепил последнее предупреждение, без замаха полоснув собственным мечом призрака, ранившего его подчинённого.
Волки и все, кто умел драться холодным оружием, немедленно пустили его в ход.
А к раненому, стоявшему, прижимая к себе пострадавшую руку, протиснулся Элфрид. Он внимательно осмотрел на «раненой» руке то место, где прошёл меч призрака. Сжал его ладонями, принялся бормотать, кажется, заклинание. С тревогой наблюдавшая за старым эльфом, девушка немного успокоилась. Судя по уверенному виду, Элфрид уверен, что справится с этой напастью.
Наташа снова быстро огляделась, оценивая обстановку. Эктор при ней — и бесстрастно рассматривал происходящее. Миранда и Света жались к Диме, в руках которого не только меч, но и нож. Неудивительно, что девочки надеялись на мальчишку: их личная охрана вовсю помогала воинам-волкам Аедха. Симас чуть не мельницу устроил, вращая сразу двумя мечами перед собой. А Уэйтн — наоборот: не защищает — нападает.
И всё бы замечательно: ближайшие к воинам призраки рассеивались в воздухе, едва только попадали в зону досягаемости настоящего оружия.
Но живые — это живые, и им присуще уставать. Бешеная круговерть мечей продолжалась, но даже неопытная Наташа видела, что движения волков становятся более медлительными. Сколько они там уже двигаются? Полчаса? Больше?
Первый раненый волк, от которого только что отошёл Элфрид, прятался с «гражданскими» в кругу детей и из-за ряда своих товарищей не высовывался. Видимо, понимал, что рука хоть и подчиняется ему, но оружие держит с трудом. А потому волк время от времени быстро словно нырял между своими, левой рукой всаживал клинок в ближайшего призрака и резко уходил в круг безопасности.
К тому времени, когда пострадавший волк почти вернулся в строй, призраки окружили группу живых так плотно, что волки просто не успевали опустить оружие, чтобы руки отдохнули.
Новый вскрик. И — секунды не прошло — второй. Лошадь начала испуганно переступать с ноги на ногу, когда люди стали слишком сильно тесниться возле неё.
Побелевший от ужаса Элфрид стоически втискивался между воинами и уже вслух причитал заклинания, выводя пострадавших из самого настоящего паралича.
Дима стоял за единственным рядом защитников, отодвинув девочек чуть не под лошадь: они жались к ней, сгорбившись. И это было опасно для них: а если животное от страха понесёт — куда глаза глядят? Но и мальчишка понимал, что должен внести свою лепту в защиту, и лихорадочно тыкал в белёсое воинство когда-то врученным ему мечом.
Миранда тоже держала холодное оружие наизготовку, и Наташа видела, как мелко трясётся нож в её руке.
Внезапная мысль обдала жутким холодом: а если какой-нибудь призрак дотянется до лошади? Животное упадёт, а то и рванёт от боли куда-нибудь — и это падение или прыжок станут катастрофой для всех.
Воздух полнился беспрерывным шелестом одежды, беспорядочным посвистом оружия, топотом на месте, мужским учащённым дыханием, хрипом и редкими болезненными возгласами… Наташу передёрнуло, когда в этот воздух ворвался взволнованный детский голосок:
— Элфрид! Элфрид! Ты сказал, что я целительница! Давай я помогу второму дяденьке! Что надо делать?
Стоявший спиной к Наташе, удерживаемый её руками, Эктор, услышав мольбу девочки, резко повернул голову к ней.
— Нет, дитя! — даже испугался старик. — Стой там же и не подходи сюда! Твой дар здесь бессилен!
— Но ты сказал, что у меня есть сила! Забери её! Мне не жалко!
Под своими ладонями Наташа почувствовала, как вздрогнули зябко сведённые плечи мальчика… Сама поёжилась, когда Миранда охрипло позвала:
— Света, не уходи от меня!
— Я только хотела помочь! — торопливо и огорчённо объяснила девочка.
Эктор с шипением втянул воздух сквозь зубы.
— Что случилось? — заволновалась Наташа и тут же чуть не рассмеялась в истерике.
Что случилось?! Глупее вопроса в этой ситуации не придумать!
Но плечи Эктора под её ладонями чем дальше, тем более отчётливо тряслись. И он стал горбиться, криво, немного в сторону поднимая руку, а потом и вторую — так, как будто инвалид, впервые вообще пробующий поднимать руки.
Она снова склонилась над ним — понять, что с ним… И не сразу, но догадалась — по его искривлённому лицу: мальчик собирается снова использовать все те силы, что успел накопить. И знает, что ждёт его впоследствии. Не хочет, что понятно в его положении едва исцелённого. Но надо.
