Бум-бум. Я живо представила свою негероическую смерть под ногой царевны. Хотя почему не героическую? Очень даже. А то, что умерла я от нелепости, а не от чёрных сил, с которыми вступила в неравную борьбу, следующим спасительницам знать не обязательно. Только Миролюб говорил, что я единственная, кто попал в зал Правды. А что, если сказочный мир обречён?
И всё из-за меня?
Показалась царевна. В свадебном платье. И начала приближаться. Резво. Недовольно.
К эффектному появлению подготовилась она на славу. Не знаю, как хотела биться с такой пышной юбкой и длинным шлейфом, но, если битва – это сразить наповал нарядом. То она победила. Я сражена.
Знаете, моя Анька, несмотря на нескончаемый крах надежд, продолжала мечтать о свадьбе. Ходила по салонам, изучала свадебную моду. На будущее.
И до того приноровилась, что с лёгкостью могла определить стоимость платья с одного лишь взгляда. Не поверите, но в своих расчётах она почти не ошибалась.
Естественно, я всегда была рядом, следовала с ней по пятам той самой моды и тоже кое-чему научилась. И знаете, что скажу? Платье, несущееся к залу Правды, стоило даже не пару моих зарплат – все зарплаты учителей вместе взятые.
Помноженные на два.
Свадебное платье сидело идеально. Белее цвета я в жизни не видела. Хотя вроде белый он и есть белый, но этот искрился.
Отделка золотой вышивкой по низу корсету смотрелась не вычурно, гармонично: сплетаясь, узоры поднимались к груди, вились по оголённому плечику и раскрывались пышным бутоном розы в ложбинке.
Опять эти розы, мама из Инстаграма…
Пышная юбка должна была выглядеть, как верхушка очень-очень кремового торта, но по какой-то причине смотрелась шикарно. Струящаяся ткань переливалась драгоценными камнями, достигая апогея сияния у самого низа.
Мне кажется, Золушки и прочие невесты обзавидовались бы такому платью. Лично мне попросту не хватало слов, чтобы описать его великолепие.
Именно в такой я пребывала уверенности.
Пока царевна не приблизилась.
С трудом сбежав от шлейфа, – тот будто раскусил, кто перед ним и теперь изо всех сил пытался замести меня под себя – я забралась на стену и уже оттуда оценила свадебный наряд.
Взглянула, должна сказать, по-новому.
Шикарное платье оказалось подделкой: камни не драгоценные – бутафория, причём не лучшего качества, ткань обыкновенная, узоры неровные, пышная роза увядшая.
Но как так?!
Осторожно посмотрела на лицо царевны. Красоту не спасали тонны макияжа. Я пришла к выводу, что зло в её сердце затмевает всё чистое и прекрасное. Кстати, о чистоте. Белый стал серым. И тут, подтвердив мои догадки, царевна опустила взгляд на подол и вдруг завопила:
– Почему ничего не держится? Не работает ни одно заклинание? Так не положено! Я должна быть самой прекрасной невестой, как и полагается в сказке! Дурацкая сказка! Ненавижу!
Глупая царевна, – подумала я с горечью и с долей жалости. – Кто же столь яда влил в твою душу?
Царевна потянулась к дверной ручке, дёрнула раз, другой:
– Давно не заходила. Может, надо прокрутить?
Влево-вправо, итог тот же.
– А-а-а! Волшебное слово! – вроде как вспомнила она. – Дверь, откройся, пожалуйста. Нет, – тут же себя одёрнула. – Если волшебное слово, то как же вползла эта Маша? Клубок, открой. Клубочек, помоги. Попробовать заклинание?
Я не стала дожидаться, пока царевна смекнёт, в чём дело и поползла прочь.
Пожалуй, это было самое неприятное из всех моих путешествий. А я ведь двое суток ехала в плацкартном вагоне: в жару, без кондиционера; спала у туалета; питалась яйцами, моя не самая любимая еда, и слипшимися макаронами.
Так уж вышло.
Но ползать по стенам дворца мне понравилось ещё меньше.
Страх высоты – все сородичи находились, как назло, у самого потолка, ощущение собственных лапок, осознание того, кем я стала, и груз ответственности за целый мир и его обитателей делали мой путь незабываемым.
Ежесекундно рискуя, – меня жаждали убить многие «сестрички»; пытаясь не быть раздавленной, шмякнувшись об пол, потому что плести паутину не умела и не собиралась этому учиться, я всё же продолжала ползти и ползти. Когда надежда начала гаснуть, впереди показался огромный паук. По сравнению с другими этот выглядел хилым и казался старым. Я почти не верила в его способность мне помочь. Думала, он или не услышит, или примет за одну из внучек, но повезло. Паук оказался не только старожилом дворца, но и знатоком всех потайных мест. Вместе мы нашли ключ. Он был спрятан в спальне принца. Лежал под подушкой. И если бы не сообразительный старый паук, я сама там поискать не догадалась. На этом мы распрощались. Феня пополз к внукам, сказал, что одни они могут бед натворить, например, опутать паутиной вазы с ведьмавяжскими розами. А меня ждало возвращение в зал Правды.
Тащить ключ одной оказалось не по силам, но не успела я отчаяться, как меня догнал старый паук. И не один. С ним бежало около пятидесяти паучков. Не думала я, мама из Инстаграма, что когда-нибудь обрадуюсь такому количеству этих тварей, но сейчас искренне радовалась.
