Захар невинно пожал плечами:
– Если бы маги не умели бы лгать, как самые заправские актеры, то весь мир бы давно уже знал о магии.
– Зачем же врать одному из вас?
– А ты тогда не был одним из нас.
От этой непробиваемости Захаровой логики мне стало смешно. Я вообще человек отходчивый, а на этого человека обижаться, тем более надолго, я не мог.
– Чего смеешься? - удивился наставник.
– Тому, что у вас на все найдется готовая отговорка.
– Ах, это… Конечно, на то мы и маги.
– Так почему вы, бессмертные, не сохраняете себе вечную молодость? - вернулся я к предыдущей заинтересовавшей меня теме.
– В эти тайны посвящаются лишь бессмертные, - чинно заявил он.
– Да брось ты, - отмахнулся я. - Все свои, расслабься!
И - надо же! - сработало.
– Маг, принявший бессмертие, принимает облик, соответствующий его внутреннему миру. Я, например, стал выглядеть так гораздо раньше положенного.
– Почему?! - изумился я, теперь уже окончательно забыв все обиды.
– А потому, что я с детства считал себя старше, чем был, хоть дряхлым стариком не стал, и на том спасибо… Вот Людмила, - я понял, что он говорит о Водунице, - она всегда чувствовала себя молодой женщиной, она ей и остается.
– Как страшно, - ужаснулся я. - Вот я вдруг решу сейчас стать бессмертным и - р-раз! - в миг заделаюсь старикашкой. Извини, это не камень в вашу клумбу, - на всякий случай добавил я.
Но Захар почему-то расхохотался.
– Так тебе нравилось в двадцать выглядеть на пятьдесят? - не понял я.
– Не так, чтобы особо нравилось… Но рассмешило меня не это, - объяснил он, - а то, что ты боишься принять облик старика в то время как тебе это никоим образом не грозит. Ты ж наоборот младше выглядеть станешь. Из тебя мальчик двенадцатилетний получится.
Он откровенно веселился, а я на этот раз по-настоящему надулся. Предупредил, что мной будут пренебрегать, и тут же сам это выделывает. Добрый учитель, нечего сказать.
На этот раз мы забрели в очередной читальный зал, где, незаметно для глаз простых людей, хранились магические фолианты.
– Держи, - я сел за свободный стол, а Захар притащил мне книги.
– Что это?
– История. С практикой у тебя дела идут хорошо, а в теории один сплошной пробел.
Весело. Мало мне забот было, еще и историей пичкают! Но возражать было бессмысленно.
И мне пришлось читать. Моя улучшенная память быстренько откладывала все прочитанное по полочкам. Но читать было совсем не интересно, потому что я все время отвлекался на мысли о завтрашнем дне, о том, как я приду на учебу, и о том, почему же дедушка сошел с ума.
Слава богу, Захар ушел, вручив мне чтиво, так что надзора надо мной не было, и я халтурил без малейшего зазрения совести.
Прочел я немного. Ну, неинтересно мне было изучать старинные пророчества, которые навряд ли когда-либо исполнятся. Правда, некоторые из них были вполне реальными, например, те, в которых говорилось о том, что однажды магия исчезнет, останутся люди со спящим даром, но который некому будет разбудить. В такое я вполне мог поверить. Подобных пророчеств, ну, то есть, правдивых на первый взгляд, было довольно много. Первые я прочел, а остальные просто пролистал.
Мое внимание зацепило пророчество на другую тему. Наверное, я его и заметил только потому, что оно отличалось от других, начиная хотя бы с того, что оно было написано аж в XII веке. "Что ж за штука такая, которая не может исполниться несколько столетий?" - подумал я и погрузился в чтение.
В пророчестве (кстати, не факт, что оно было правильно переведено на современный русский) говорилось о взаимоотношениях черных и белых магов, враждовавших с самого появления магии на Земле. Пророк полагал, даже был уверен, что однажды настанет час, когда мальчик (почему именно мальчик, а не взрослый, автор пророчества предоставлял догадываться тому, кому взбредет в голову прочесть его творение) объединит белое и черное, убедит заклятых врагов пожать друг другу руки… Нет, ну о чем этот пророк думал? Черные маги - носители зла и, если они для чего-то объединятся с добрыми, то только затем, чтобы подобраться поближе, а потом устроить диверсию.
– А-а… - раздался у меня над ухом голос Захара. - Вот ты что читаешь.
Надо же, он рано вернулся. Я глянул на часы и понял, что это не наставник управился, а я долго просидел в библиотеке.
– Ты веришь в это? - я кивнул в сторону раскрытой книги.
Захар пожал плечами.
– Кто знает. Я всегда думал, что у этого мальчика из пророчества должна быть недюжинная сила воли. А разве такое может быть у ребенка? Я не знаком ни с одним взрослым, кто был бы способен воссоединить несоединимое, а мальчик… Нет, я не думаю, что это пророчество может когда-либо исполниться. Таких мальков не бывает. Хотя… чем черт не шутит.
Я тоже пожал плечами. Я вечно верил во всякий бред, но не настолько же нереальный!
Вернулся домой я как всегда под вечер, но по уши начитавшийся пророчеств и получивший свое первое задание.
