– Кому же теперь верить? Если он говорит любым голосом и принимает любой облик, то, возможно, он и сейчас среди нас! – окончательно расстроилась старушка.
Эта догадка не оставила равнодушным и медвежонка. Он начал щипать себя, чтобы удостовериться, что он – это все еще он. Орел только усмехнулся, глядя на них.
– Друзья мои, если бы Магистр был в состоянии уничтожить нас, он давно бы это сделал. Силы зла не безграничны, поэтому-то он и пытается запугать нас, а лучше – переманить на свою сторону. В каждой живой душе есть нечто, неподвластное никаким черным силам. Лишь добровольное решение любого из нас определяет наш жизненный путь. У каждого есть выбор! Можно соблазниться сладкими обещаниями и пойти в услужение злым силам. Есть нелегкий путь борьбы с ними. Возможно, и промолчать, соглашаясь на перемирие, но это временный обман, потому что рано или поздно нужно будет ответить самому себе – с кем ты. Да, зло рядом. Все время. Оно будет неотступно следовать по пятам и уговаривать, просить, обманывать – как угодно. Особенно в трудную минуту. Но наша сила в том, что только мы определяем свой путь.
– Если нельзя его треснуть, то я его покусаю! – не сдавался медвежонок.
– У тебя есть более сильное оружие, дружок – твое отважное сердце и верные друзья.
Ме́ня не знал, как выразить свои чувства, и, бросившись к орлу, лизнул его в знак благодарности и полного согласия. Веда медленно подошла к ним и обняла обоих.
– Не знаю, кем я была прежде и кем ста ну вскоре, но я с вами, друзья.
– А мы обязательно выручим Фила, – неожиданно для себя самого ответил ей медвежонок. Старушка благодарно посмотрела на него и погладила по лохматой голове. Совсем недавно она была одинокой и несчастной, а теперь у нее появились друзья и надежда. Вернее, спрятанная где-то глубоко в уголках души ее надежда встрепенулась и наполнилась верой.
– Я бы отдала за него свою жизнь, но боюсь, что этого недостаточно.
– Как это ни печально, Веда, но Фил теперь стал лишь приманкой в игре с Магистром. Нам следует быть более осторожными и еще более искусными в этой игре, ибо речь идет не только о жизни друга.
Голос орла казался спокойным, но тревога не покидала друзей. Они замолчали, пытаясь разобраться в нагромождении фактов, событий и догадок. Первым не выдержал медвежонок.
– А вы заметили, что ночь так и не началась? Все вечер и вечер.
– Ты прав, малыш, давно пора бы.
– И я мокрый какой-то. Что, дождик был? – не переставал удивляться Ме́ня.
– Нет, дождя не было. Это я тебя водой окатила, – созналась Веда.
– Зачем?
– Стойте, а ведь он теперь все помнит, и не во сне! – обрадовалась старушка.
– Что это я такое помню? – недовольно пробурчал медвежонок.
– Действительно! Мы так увлеклись событиями, что приняли этот факт, как должное. Твоя наблюдательность, Веда, меня просто восхищает.
– Да что вы там все загадками говорите? Объясните мне! Ну, пожалуйста.
Ме́ня умоляюще смотрел на своих друзей и даже перестал суетиться, в благодарность за то, что сейчас ему поведают какую-то очень важную тайну. Только взгляд его перескакивал с одного на другого. Вот любят эти взрослые растягивать удовольствие. Тут скорее хочется все узнать, а они все тянут и тянут.
– Видишь ли, малыш, после того, как мы вытащили тебя из пещеры…
– Это где тритоны были? – не утерпел Ме́ня.
– Именно, – продолжала Веда, – ты частично потерял память, а сейчас чудесным образом она к тебе вернулась.
– Ничего не вернулась. Я в сухом сне застрял, а вышел почему-то мокрым.
Гордый наклонился, пряча улыбку, а Веда так искренне засмеялась, откинув голову, что на миг ее морщинистое лицо стало красивым. Она прижала медвежонка к себе и созналась:
– Это я окатила тебя водой, чтобы напугать. Тогда к тебе вернулась способность видеть чужие сны. А нам это очень важно – проникнуть в сон Магистра, чтобы понять, кто он.
– И что, вы теперь каждый раз будете окатывать меня холодной водой на ночь?
– Нет, только если ты вздумаешь опять все позабыть! – улыбнулась Веда.
– Ничего я не забывал. Сами все перепутают, а я мокни! – не унимался Ме́ня.
– Что же мы перепутали, малыш?
– Говорил вам, что не нужно меняться красными снами. Теперь Магистр сны замкнул.
– Как это замкнул? – удивилась Веда.
– Он из одного своего сна в другой перешел. Пока не вернется, этот сон не сдвинуть.
– Что значит – не сдвинуть?
– Остановился сон в тот момент, когда Магистр из него выскочил! – возмущался Ме́ня.
– И как же его подтолкнуть можно? – осторожно вмешался Гордый.
– Только если еще один сон найти и Магистра третьим подослать, к тем двоим.
– Забавно, – протянул орел, – а почему так происходит?
– Потому, что в зеркале только двое видны. Третий уходит, – отрезал медвежонок.
– Так это и есть закон зеркала времени! – воскликнула Веда.
– Не знаю я ваших законов, только так бывает.
– Скорее всего, это один из секретов зеркала времени, известный медвежонку. Сколько их вообще существует, возможно, никто не знает. Но думаю, что Магистру их известно больше, чем нам, – размышляя вслух, произнес орел.
