Сменился месяц на небе, рожать пришла пора княгинюшке. Мечется она по постели, кричит. Ходит князь по двору, бледный, губы кусает, Льдана зовет.
— Отпустил я тебя счастья искать, сгинул ты в лесу черном, друг мой Север, кто теперь княгиню с дитем от смерти сбережет?
Видит вдруг князь — летят по небу два лебедя, белый да черный, крыльями махнули, в окно раскрытое влетели. Вскоре и детские крики послышались — разродилась княгиня первенцем. А из терема два волхва спускаются, у одного коса белая по полу тянется, у второго — ночи чернее, у одного взгляд васильков синее, у второго — золото старое во взгляде плещется.
— Не стал ты меня держать, князь, отпустил к счастью моему, — Льдан смеется. — Неужто ж думал, что в беде брошу, душу любовью завью, не приду друга спасти?
Молчит дух златоглазый, только улыбается, да за спину Льдану хоронится.
— Коль придет беда — кликни нас, — Север говорит. — Прилетят из леса черного тучи грозные, врагов твоих молниями пожгут, прилетят с леса светлого облака белые, врагов твоих холодом завьюжат. А по мне не грусти — не пропал я, князь.
Обернулись волхвы обратно лебедями, да пропали в небе синем.
