Ладью нагрузили еще с вечера. Леший собственной персоной явился на берег Ведьмовки, куда подручные Водяного как-то ухитрились переправить «Кувшинку». Он проследил, чтобы все погрузили на борт, особливо съестные припасы и теплые, домотканые накидки, и работой своей остался доволен…
…Утром, еще до рассвета, по пустынному берегу Ведьмовки потихоньку пробирались к «Кувшинке» кладоискатели во главе с Ярилою. У него в руке была сухая ветвь, на которой плясали крохотные язычки пламени, озаряя рыжим мерцанием дорогу. Однако рук Ярилы она не жгла и сама не сгорала… Это была не просто веточка, а веточка купины неопалимой — той, что огня не боится.
Кладоискатели гуськом шли за Ярилою, то и дело оглядываясь назад — туда, где вдали, за лесом и пригорками мирно катила свои ласковые, теплые волны ленивая Мельничиха и где в Доме за Рекой оставались ждать их возвращения друзья…
Прокравшись на борт «Кувшинки» последним, Ярило дунул на ветвь купины, и та послушно погасла. В полной темноте Стрибог и Леший подняли большой зеленый парус. Ярило сел сзади на место кормчего и опробовал деревянный руль-весло. Майя стояла на носу ладьи — ее зоркие глаза в темноте видели еще лучше, чем днем. Ведьмовкино спокойствие не внушало ей доверия, и она пристально вглядывалась в черную водную гладь, простирающуюся широкой лентой к северу на сколько хватало глаз и теряющуюся за горизонтом. Все ждали…
И вот Водяной выудил из воды большой камень на толстой веревке — якорь. «Кувшинка» качнулась влево-вправо, словно высвобождаясь из невидимых пут, вздрогнула, почуяв свободу. Стрибог, что-то шепнув, приподнял руку и с юга дохнул легкий, теплый ветер, наполняя парус живой, бьющейся силой. Демка, Дуная и лютик, стоявшие у правого борта, увидели, как качнулся и медленно поплыл назад туманный, предрассветный берег…
Стрибог, Водяной и Леший, словно завсегдатаи-рыбаки, вполголоса напевали с задней палубы:
— Мы ведь сюда еще вернемся? — тихо спросил Лютик.
— Конечно, — так же тихо ответила ему Дуная, — здесь же наш дом…
«Кувшинка» дернулась, словно кивая. И никто не услышал, как при этом под палубой в трюме, среди припасов, раздался сдавленный вздох. А потом снова наступила тишина…
Со стороны мельничихи и Дома за Рекой незаметно подкрался рассвет. Купол неба стал прозрачным, золотисто-розовым. За кормой медленно плыли кажущиеся темными на его фоне силуэты прибрежных деревьев. Оставляя знакомый тихий мир далеко позади, «Кувшинка» набирала ход.
Время близилось к полудню. Солнце стояло в зените и лениво припекало землю. Ведьмовка лихо вильнула, вытекла из леса и теперь бежала по залитой солнцем равнине. Вокруг, насколько хватало глаз, тянулись поля, изредка зеленел вдали перелесок или мелькало селение. Ведьмовка текла быстро и ровно, окрестности ее были привольные и светлые, так что иной раз казалось, будто они плывут по Мельничихе, поворотившей свои воды вспять…
Майя сидела на носу «Кувшинки» и плела браслет из речных ракушек, напевая себе под нос какую-то веселую песенку. Рядом, обняв ее за загорелые плечи, сидел Стрибог и глядел вдаль.
— Скажи мне, милый, — тихо проговорила Майя, — по нраву ли пришлась тебе зимняя твоя прогулка?
— По нраву-то по нраву, — ответил Стрибог и крепче обнял ее, — да только тоска меня извела… Измучила…
— Тоска?
— Да, тоска. По тебе. Острой болью откликается в моем сердце каждая разлука с тобой… Я всякий раз будто заново тебя теряю.
— Но и заново обретаешь, — проговорила Майя, — и я — так же… Это хорошо.
— Что хорошо? — спросил Стрибог, гладя ее по волосам.
— Хорошо, что за горечью расставания всегда приходит радость встречи… Знаешь, — Майя вдруг порывисто взяла его руку в свои ладони, — пообещай мне кое-что!
— Пообещаю, коль смогу исполнить! — улыбнулся Стрибог.
— Пообещай мне, милый, что коли не получится ничего из нашей затеи и небеса нас не благословят… То… То пусть все будет, как и прежде!
— Обещаю… — Стрибог поцеловал ее маленькую ладонь, — обещаю… Но…
— Но… — Майя поглядела на него.
— Но мне страшно, — проговорил Стрибог, — страшно за тебя. Много у нас с тобой недоброжелателей, много завистников. Меня-то они ни нагнать, ни схватить не могут — где я был, там уж через миг и нет меня… А ты…
— А что я? Меня охраняют! — усмехнулась Майя, — погляди!
Она указала на заднюю палубу, где Ярило, Леший и Водяной о чем-то беседовали, а рядом Демка с Дунаей кидали камушки, пытаясь достать до берега.
