– Уверен, – подтвердил Бай, указывая на следы рук, смазавшие со стены сажу. – Слышал, там, внизу?! Выметайся оттуда, пока моё терпение не закончилось!
– Лучше не зли его, парень, – вздохнул Хуан, опустившись рядом на землю. – Нам не нужны проблемы. Скажем, что поймали тебя возле ворот, получишь двадцать ударов палкой и пойдёшь на все четыре стороны. Идёт?
Дэмин задумчиво поджал губы, затягивая бинты на поцарапанной ноге. Двадцать ударов он не переживёт.
– Или что? – спросил он, высунувшись из-за прогнившей балки.
– Что? – в замешательстве переспросил Хуан. – Небо милостивое, да там же ребёнок! – сплюнул он.
Бай цыкнул на него, демонстративно отколов копьём край циновки.
– Или ты просидишь там до утра, пока не пришлют отряд, чтобы разобрать завалы. Дальше тебя возьмут за шиворот и швырнут в темницу сыскного приказа, а после обвинения в мародёрстве уже никакие сделки не помогут.
«Можно подумать, вы мне помогать собираетесь», – хотел огрызнуться Дэмин, но вовремя прикусил язык. Он очень боялся, но именно страх делал его ум быстрым и по-крысиному острым. Нужно было задушить гордость и вести себя, как обычный ребёнок: изо всех сил давить на жалость и прикинуться дураком.
Выбора у него всё равно не было.
Впрочем, как и у всех.
– Я… я не хочу в темницу, – заплакал Дэмин, стараясь подавить дрожь в голосе. – Я прислуживал госпоже Циси, когда услышал, как её люди говорят об этом месте. Я подумал, что она будет благодарна, если я обгоню их, подумал, что она заметит меня, если я первым выполню её поручение… Я только хотел попросить, чтобы она дала матушке работу получше, и тогда, если бы госпожа Циси была благосклонна, нам больше не пришлось бы голодать…
– Мы уже поняли, – резко оборвал его Бай, и Дэмин заскулил, поспешив заткнуться.
Стражники обменялись тяжёлыми взглядами, а он поднял худое лицо на свет, глядя на них с выражением полной безнадёжности и бессилия. Худой, остролицый, с испуганными глазами – только по впалым щекам было видно, что мальчик не ел уже несколько недель. Хуан не выдержал и оттолкнул товарища.
– Хватит трястись. Поднимайся. Ты подслушал, как те люди замышляли прийти сюда, так? Если расскажешь нам, что они хотели найти, голодать тебе сегодня не придётся.
Дэмин всхлипнул и пролепетал:
– Госпожа Циси убьёт меня.
– После всего, что ты слышал, она тебя и так убьёт, – гаркнул Бай.
Хуан цыкнул на напарника. Дэмин почувствовал его сомнения и разревелся.
– Если она и попытается, то понесёт наказание по закону. Выходи, мальчик. Именем Императора, клянусь, ты будешь в безопасности.
Повисла долгая тишина. Дэмин выдержал паузу, чтобы показать своё замешательство, после чего снова всхлипнул, выглянул из укрытия и принялся неуклюже карабкаться по ступеням. И с каждым шагом к поверхности становилось яснее, что доверие к нему с каждой секундой тает.
Хуан всё ещё обеспокоенно следил за ним, но Бай приглядывался к лохмотьям, вспоминая бесчисленные часы патрулей по трущобам. Он хорошо знал местных детей, таких же беспризорников, способных перерезать горло за кошелёк; детей, которые звали на помощь, а потом заманивали прохожих в засаду в тёмных переулках. Чем ближе к свету фонаря, тем лучше он понимал: мальчишка куда старше и сознательнее, чем пытается выглядеть, а блики предательски выхватили рукоять заткнутого за пояс ножа. Ребёнок казался хилым и беспомощным, но он вызывал не жалость. Он вызывал…
– Попался, паршивец! – рыкнул Бай и с силой рванул беспризорника за плечо, как только смог до него дотянуться.
– Бай! – закричал Хуан.
Дэмин взвизгнул от боли и вскинулся на него, бешено глядя перед собой. На секунду в глазах потемнело – а потом он не думал. Выдрал из крошащейся доски гвоздь и воткнул его стражнику в руку, точно в щель, где лёгкий ламеллярный доспех расходился, открывая запястье. Бай завопил. Когда хватка разжалась, он даже не успел потянуться за копьём – Дэмин почуял угрозу и изо всех сил потащил гвоздь на себя, крепко сжимая металл костлявой ладонью. Тщетно пытаясь удержать равновесие, Бай упал прямо на деревянную балку.
Что-то мучительно хрустнуло.
Скрипнуло, треснуло, посыпалось на пол, и доски стали разваливаться одна за другой.
Задохнувшись от страха, Дэмин полез обратно так быстро, как только мог, оставляя на обломках кровь и обрывки ткани. Добравшись до середины лестницы, он почти покатился с неё, а завал проломился и рухнул, безвозвратно отрезав путь наверх.
Всё затихло. Наступила кромешная темнота.
Кровь стучала в висках, как бой барабанов. Оперевшись на локти, Дэмин закашлялся от сырости и понял, что пол залит водой. «Ну конечно!» – мысленно возмутился он, забравшись с ногами на ступеньки. В этом месяце начинался сезон дождей – неудивительно, что подвал затопило. Что он будет делать, если снова пойдёт дождь?
Дэмин часто заморгал, пытаясь найти хоть какой-то источник света, и беспомощно закрыл руками лицо. Бесполезно. Здесь он и сдохнет.
