– Ладно, хватит уже, – остановила его ведьма только тогда, когда солнце ушло, а на поляну легли тени от деревьев. – Забирай корзину, пошли домой.
Сильно хотелось пить. Не вина или самогона, нет. Простой прохладной воды из колодца. Теперь к Вадиму в голову пришла мысль, что было бы неплохо стать рыбой. Кем угодно, только не собой. Он взял корзину и свою рубашку, отправившись следом за Тихомирой в дом. Сумку ведьма уже сама разобрала, зато теперь на столе лежал клубок жесткой нити и ржавый нож.
– Садись, сейчас будем связывать венички, чтобы высушить, – скомандовала Тихомира.
Вадим был безумно рад сесть, потому что ноги устали от одного положения и требовали отдыха. Юноша попытался облокотится о стену, но спину от такой манипуляции больно обожгло, что заставило его выпрямиться и сесть ровно.
– Бери нож, – Тихомира придвинула к корзине табурет и села, выуживая оттуда небольшой пучок трав. – Отрезай мне нитки! А я перевязывать буду.
Это занятие было куда легче, но Вадим всё равно не торопился его выполнять. Он медленно разматывал клубок, отмерял нитку, а потом перерезал ножом и отдавал Тихомире. Впрочем, таким ножом он скорее обрывал нить, чем разрезал её. Ведьма же сосредоточилась на травах. Она перевязывала веники узелками и что-то бормотала себе под нос. Вадим надеялся, что это скоро закончится. Он совсем не ожидал, что набрал так много трав, но вскоре весь стол был заполнен небольшими вениками, и только тогда корзинка опустела. В итоге Тихомира заставила его ещё и разложить всё это на печке.
– И аккуратнее там! – строго сказала она. – И так мне много травы помял и срезал не то, что нужно!
Вадим лишь сжал губы – он устал уже слышать упреки в свою сторону. Если ведьме так не нравится его помощь, нечего было околдовывать! Могла бы Бажена себе оставить.
– Закончил, – отчитался он, когда последний пучок трав был водружен на печку.
– Молодец, – неожиданно Тихомира его похвалила. – Сегодня куда лучше работаешь. Стоило, видимо, тебя волком моим напугать пораньше.
Она рассмеялась, а вот Вадиму было не до смеха. Он и сам уже был готов стать даже зверем, подвластным ведьме, лишь бы больше не унижаться, не чувствовать боли и страха. Неужели он и волку завидовать будет? Ещё как.
– Иди, садись за стол, – почему-то Тихомира тяжело вздохнула.
Ей снова не понравились его мысли? Плевать. Он может думать как угодно! Нечего тогда к нему в голову лезть. Вадим нехотя подошел к столу, размышляя – а смог бы он мысли свои от неё скрывать, если бы сам колдовать умел? Права Дарина. Действительно хорошо тут Тихомире живется со своей магией. Он уселся на лавку, и тут же перед ним появилась еда. Такая же вкусная и аппетитная, как и раньше, но уже не вызывающая у него абсолютно никакого желания. Будь у него самого магия, он бы и получше этого наколдовал!
– Чего уставился? Ешь давай, – скомандовала ведьма, тоже усаживаясь за стол.
– Я не хочу есть, – выпалил Вадим, вспоминая предыдущий день.
В следующую секунду он согнулся от боли – было так же больно, как и тогда, когда Мокша деньги украл, а Тихомира ему потом вопросы задавала.
– Я, кажется, просила не врать мне, – голос ведьмы изменился, похожий сейчас на властный, но бархатный голос молодой женщины, а никак не скрипучей старухи.
– Я и не вру! – отчаянно выдавил Вадим, смаргивая слезы от обиды и боли. – Не хочу есть, потому что боюсь, что ты меня превратишь в кого-нибудь!
Боль тут же отступила, позволяя Вадиму спокойно вдохнуть полной грудью. Он выпрямился, тяжело дыша и уставился на Тихомиру, которая задумчиво постукивала пальцами по столу.
– Ладно уж, – снова голос её стал скрипучим, старческим. – Расскажу тебе сказку, и топай домой уж.
Вадиму показалось, что он услышал обиду.