Откуда же Вадиму знать, зачем лешему сердце Мокши?! Глаза лешего на секунду снова обратились желтыми с узким звериным зрачком – он почувствовал раздражение. Вадим спешно мотнул головой, старательно прогоняя запретный гнев. Ему плевать на Мокшу. Мокша уже мертв. Ему всё равно. И Вадиму тоже.
– А я сожру его, – запищал леший, приблизив лицо вплотную к Вадиму и улыбаясь. – Сожру сердце твоего друга у тебя на глазах. Что? Всё ещё хочешь отдать его мне?
Вадим задержал дыхание, чтобы ненароком не отшатнуться от лешего. Кто знает, что он сделает с ним за такой жест? Мальчишка кивнул, держа коробку на вытянутых руках и наблюдая за тем, как голова лешего склоняется то в одну сторону то в другую, а глаза пытаются высмотреть на лице Вадима хоть складочку гнева.
– Что ж, я приму твой дар! – рассмеялся леший басом и отошел от Вадима.
Он взял в руки коробочку, вновь став выше, как в первый раз, откинул крышку в сторону и достал аккуратный тканевый свёрток, пропитанный кровью. Леший отбросил коробку в сторону и принялся разворачивать “подарок”, облизываясь и фыркая. К ужасу Вадима сердце в руках лешего забилось!
– Смотри! – он протянул его Вадиму на своих жутких ладонях. – Оно всё ещё живое! Ты можешь забрать его и вернуть другу. Тогда он будет жив. Хочешь?
Вадима затошнило. Он и так хорошо помнил те ягоды, которые ягодами вовсе и не были, а теперь ему под нос пихали настоящее человеческое сердце! Да не абы кого, а его друга! Хотелось ударить лешего по рукам, оттолкнуть от себя, лишь бы не видеть, лишь бы не трогать такое… Вадим сделал огромное усилие над собой, чтобы отрицательно мотнуть головой.
– Значит, я правда могу его съесть? – бархатистым елейным голосом спросил леший.
Вадим кивнул. Леший расплылся в улыбке и притянул бьющееся сердце к себе и лизнул его.
– Какой же ты жестокий друг, – хмыкнул леший, внезапно заговорив голосом Стояна. – Не смог друга сберечь, а теперь, когда я тебе предлагаю исправить свою ошибку, ты отказываешься, не хочешь совсем ему помогать. Неужели не жалко его?
Вадиму тогда было плевать и сейчас тем более! Мокша сам выбрал свой путь, а Вадим не обязан был за него отвечать – ведь друг его далеко не младенец, свою голову на плечах имел. Каждый дурак знает, что ведьму обижать не стоит, так при чем тут тогда сам Вадим? Он неуверенно мотнул головой в знак отрицания.
– А может, хочешь всё же вернуть ему сердце? – леший оскалился и снова протянул бьющийся и пульсирующий орган Вадиму.
Вадим мотнул головой из стороны в сторону, не сводя глаз с лица лешего и стараясь не смотреть на сердце. Даже если бы он хотел, то даже в руки не смог бы взять это! Да и разве реально это – воскресить мертвого?
– Как хочешь, – хохотнул леший, вновь изменив голос на какой-то жуткий утробный теперь. – Больше предлагать не буду!
Леший поднес сердце ко рту и впился в него зубами, откусывая кусок, измазавшись кровью и продолжая наблюдать за реакцией Вадима. Юноша старательно сдерживал рвотные позывы, не смея отвести взгляд от этого зрелища. Леший с удовольствием доел сердце и облизал пальцы, после чего уставился на своего гостя и замолчал. Вадим не шевелился, ожидая вердикта. Может ли он теперь уйти? Или же леший сейчас решит и его сердцем полакомиться, за то, что Вадим друга спасать отказался? Может быть стоило согласиться? Вдруг это была проверка его качеств? Вдруг леший только добрых сердцем, как Бажен, отпускает? Видел ли Бажен этого лешего? Стоял ли он там, где сейчас стоит Вадим?
– Да уж, – леший тяжело вздохнул. – Незавидная, конечно, тебя ждёт участь…
Прежде, чем Вадим успел осознать слова лешего, тот кинулся на него и крепко схватил за предплечье. Руку обожгло огнем, но Вадим как-то умудрился даже не вскрикнуть от боли. Леший рванул юношу на себя, словно хотел обнять его, но вместо этого Вадим полетел вперед, выставив руки перед собой, чтобы не пропахать лицом землю. Леший растворился в воздухе, будто и не было его никогда. Вадим поспешил перевернуться на земле и встать. Он заметался взглядом по местности, осознав что потерял лешего из виду, но быстро понял, что находится на выходе из леса. Леший просто вышвырнул мальчишку прочь из своих владений. Ноги Вадима подкосились и он осел на траву, выдыхая от облегчения. Леший его не убил! Но он сказал что-то про незавидную участь? Что бы это могло значить?
Вадиму понадобилось время, чтобы немного прийти в себя и подняться на ноги. Руку всё ещё неприятно жгло, так что он принялся её потирать, пока шел назад в деревню, но закатать рукав и осмотреть руку так и не решился. Он медленно шел домой, совсем не торопясь туда возвращаться. За эту неделю его жизнь перевернулась с ног на голову, он узнал столько всего, что и жить теперь становилось противно в этой деревне. Ему осталось выслушать всего одну сказку, а желание так и не появилось. Что он вообще мог загадать?
– Вадим! – на границе деревни его встретила Дарина.