В итоге он забрался на одно из яблоневых деревьев, с которого было очень удобно за всем наблюдать. Вот конюх повёл коня Казимира после того, как расчесал гриву и почистил ему копыта. Вот несколько мальчишек пробежали мимо, весело смеясь – играли в салки. Вот строгая прачка вышла искать свою дочь, которую послала за водой, а та куда-то запропастилась. А вот и княжич Велерад вышел со стороны кузни. Что он там делал – оставалось только гадать, потому что разговаривать с ним сейчас не было никакого смысла. Единственная, кого Вадим не видел – Дарина. Вчера Велерад упомянул, что она всю ночь проревела. Наверняка потому что Вадим снова её обманул, а она поверила ему, как дурочка. Делать ему было особо нечего, а приезд княгини он вряд ли пропустит. Наверное, можно потратить немного времени и на Дарину. Хоть узнает, как сильно задел её в этот раз.
Вадим перебрался на соседнее дерево, с него на крышу, а по ней добрался до окна Дарины. Оно было открыто. Ждала? Серьёзно? Вадим заглянул. Девушка сидела за столом и вышивала на полотенце. Нос и правда был красноват, а глаза припухшие. Много же она ревела. Вот и не выходит погулять.
– Приданое себе готовишь? – спросил Вадим, привлекая её внимание.
Дарина слишком резко обернулась, а на губах появилась улыбка. Она была рада его видеть. И правда ждала. Только вот быстро спохватилась, поспешила отвернуться. Вадим усмехнулся.
– А ты зачем пришёл? – как можно надменнее спросила она.
– Так не открывала бы тогда окно, – он залез в комнату.
– Что мне теперь, без воздуха умирать? – возмутилась девушка. – Душно было, вот и открыла.
Она вытянула нить так, что та чуть не оборвалась. Злится.
– Ты же знаешь, что я всегда в курсе, если ты врёшь, – он плюхнулся на её мягкую пуховую кровать, даже не думая спрашивать разрешения.
– А если и приданое, тебе-то что?! – девушка обернулась и с возмущением посмотрела на своего гостя. – Сам же мне глаза открыл на мои чувства истинные. И сам всегда говорил, что пора уже!..
Она не договорила, встретив его взгляд. Щёки вспыхнули, она отвернулась и снова продолжила шить.
– Поиздеваться пришёл, – бурчала она.
Забавно было наблюдать за её терзаниями. Она очень хотела подойти, обнять его, поцеловать, но вспоминала слова Вадима. Проклятие снято не было, а значит чувства её не настоящие, но сердце продолжало ныть и просить хозяйку совсем о другом. Дарина принялась украдкой утирать слёзы, совсем уже не понимая, что с ней такое творится.
– Конечно, – Вадим кивнул. – Я ведь часто над тобой издеваюсь. И соврать могу, если ты забыла.
После этой фразы Дарина уколола палец и поспешила сунуть его в рот, а потом медленно посмотрела на Вадима. Он улыбнулся, встал с кровати и подошёл чуть ближе к ней.
– Сама подумай, – начал вкрадчиво он. – Раз заклятие не снялось, а тебе до сих пор больно и очень уж хочется кинуться мне в объятия, так, может, где-то что-то неправильно сделано было?
– Значит… То проклятие твоё не так снимается? – столько надежды было в её голосе.
– Не проклятие это, – он кивнул. – Я тебе зелье подлил. Его только другим зельем можно вытравить.
Медленно лицо Дарины вытянулось от удивления, но эмоция быстро сменилась на негодование.
– А зачем мне тогда врать было?! – она вскочила с места, швырнув полотенце с иглой в сторону.
– Ты же мне врёшь, – он пожал плечами. – Проучить хотел. Ты достаточно умна, чтобы такое понять.
Дарина сжала губы. Ей было стыдно за своё поведение, и она приняла наказание. Как же легко ею манипулировать.
– Но ты пришёл ко мне и правду сказал! – зацепилась она, найдя новую мысль. – Значит… Простил?
– Не знаю даже, – Вадим подошёл к ней ближе, взял в руки косу и принялся теребить. – А стоит ли тебя прощать, если ты врёшь постоянно? Любовь твоя, видимо, такое не исправляет.
Три года он уже то приходит к ней, то уходит, а она терпит все его грубости, ждёт его постоянно. Даже теперь, думая, что она не любит Вадима, всё равно ждать продолжила, всё равно хотела с ним увидеться. Это правда была любовь. Но очень уж больная и ненормальная. Такая любовь только на пороки людей толкает.
– Вадим… Прости меня, пожалуйста, – Дарина всхлипнула и осторожно подошла к нему, медленно обхватив руками. – Я правда пытаюсь! Но страшно мне, понимаешь? Не могу я такую правду всем рассказывать…
Он не стал отталкивать её, позволив обнять. Он понимал, что сейчас из неё снова польются слёзы и посыпятся оправдания. Но разве можно оправдывать то, что она натворила?
– Тяжко тебе с этим жить, – тихо согласился Вадим, погладив её по голове и приобнимая сильнее. – Только вот и мне тебя простить не просто.
– Ты ведь знаешь, что я ради тебя что угодно сделаю! – Дарина слегка отстранилась, погладила его по плечам, по груди, расстегнула верхние пуговицы на рубахе.