Люинь подняла одну ногу до уровня талии, опустила и снова резко подняла, стоя на другой ноге.
Только научившись танцевать, она поняла, насколько ограниченно понимание людьми способностей собственного тела. Никто не задумывался о том, как сидеть, как стоять, как ходить, чтобы не упасть. Люди производили все эти сложнейшие движения, не задумываясь, инстинктивно. Настоящее чудо! Такое же непостижимое, как энергия жизни, питавшая тело. У тела имелись собственные воспоминания и такие глубинные привычки, которые невозможно было осознать умом.
Луч света пронзил глубины сознания Люинь.
Она представила себе прошлую ночь, огромный пустой склад, стальные стеллажи, своих друзей, занятых оживленным обсуждением. Все их старания зашли в тупик из-за одной крайне важной детали. Так бывает, когда в пазле, из которого должен получиться портрет, не хватает кусочка с глазами. Вроде всё на месте, но не портрет.
И вот теперь Люинь нашла этот недостающий кусочек – управление крыльями.
Возможно, для управления крыльями не нужен был мозг, а нужны были только инстинкты тела.
Настал день последнего конкурсного дня Творческой Ярмарки.
Конкурс по очереди принимали у себя разные районы Марс-Сити. В этот день в качестве принимающей стороны выступал район под названием Альоша. Для конкурса был отведен и украшен районный стадион и прилегающие к нему окрестности. Вся территория была декорирована так, чтобы напоминать романскую эпоху на Земле – классическую и роскошную. Толпа зрителей, прибывших на финальные состязания, была полна радости и энтузиазма. На купол над стадионом проецировались изображения дворцов, облаков и танцующих ангелов. Звучала струнная симфоническая музыка. Вокруг стадиона подростки катались на роликовых коньках и с помощью разнообразных трамплинов совершали зрелищные прыжки и вращения и приземлялись под аплодисменты и радостные крики.
Особенно взволнованы были зрители на трибунах стадиона. Стать свидетелями оглашения результатов конкурса было большой честью, ее удостаивались только победители конкурсов в районах. Вся молодежь пребывала в трепетном ожидании. Ждали не только конкурса как такового, но и вечеринок и танцев после завершения ярмарки. Это была одна из самых лучших возможностей познакомиться с парнями и девушками из других районов. Все друг к другу присматривались. Девушки надели лучшие нарядные платья, парни – аккуратную униформу. Те, кому не довелось попасть на стадион, собрались в своих районах и наблюдали за происходящим дистанционно, сидя в кафе и радуясь появлению на экранах своих друзей.
За кулисами волнения тоже хватало. Джиэль избрали одной из богинь, которые должны были вручать награды победителям. Она нервно вертелась перед зеркалом и непрерывно мучила всех вопросами, хорошо ли уложены волосы, ровно ли лежит на голове цветочная диадема. Когда Джиэль думала о том, что ей вскоре придется уверенным шагом пройти по сцене под взглядами миллионов зрителей, у нее от волнения становились влажными ладони. Она непрерывно повторяла свой текст и заставляла Люинь проверять, не делает ли она ошибки. Вокруг них другие девушки в гримерке занимались макияжем, своими костюмами, бегали из угла в угол и кричали: «Кто видел мое ожерелье?» и тому подобное. Люинь едва слышала голос Джиэль.
– А ты когда краситься собираешься? – наконец спросила Джиэль.
– Я уже накрашена, – с улыбкой ответила Люинь.
– Ты собираешься
– Именно так. Я ведь всего лишь пою в хоре.
На Люинь было длинное просторное белое платье и никаких украшений, кроме небольшого цветка на плече. Длинные черные волосы свободно ниспадали на плечи, на лбу блестел тонкий золотой обруч. Глаза и брови не были подкрашены и обведены.
Джиэль была искренне потрясена почти равнодушным отношением подруги к своему внешнему виду, а Люинь ничего не стала объяснять – сказала только, что ее роль всего-навсего в создании общей атмосферы спектакля. Она ни словом не упомянула о том, что сразу после конкурса ей нужно будет быстро переодеться, поэтому чем проще был ее сценический костюм и макияж, тем лучше.
Крайне важно было, чтобы Джиэль об этом ничего не знала.
Пьеса, которую они отрепетировали, была третьим по порядку из назначенных на сегодня представлений. Люинь совершенно не нервничала. Она решила, что этот спектакль они поставили для самих себя, чтобы спокойно выразить свои убеждения.
Первые два представления были танцевальными – в рамках церемонии открытия финала конкурса, поэтому пьеса должна была стать первым истинным действом.
Ожидая своего выхода на сцену, Люинь выглядывала из-за кулис и смотрела на яркий, красочный купол над стадионом, похожий на туманность в глубинах космоса. Остальные парни и девушки из группы «Меркурий» тоже не нервничали. Никто особо не разговаривал, только изредка кто-то шепотом произносил последние наставления – как потом, после окончания спектакля, побыстрее ретироваться.
Празднество началось.
