– Я возьму его и допрошу, – решил Купер, поднимаясь из-за стола. – С вами все ровно, бандиты, вы проявили настоящий терданский патриотизм, а значит, молодцы.
– Да, – не сдержался глуповатый Кайл.
Кеннет ткнул брата кулаком и молча поклонился.
– На этом ваше участие в деле закончено. Забудьте о «Счастливом цехине», понятно?
Онисим широким шагом направился к выходу из зала, а дети Нуланда вновь переглянулись.
– Мы молодцы, – повторил Кайл, снимая с плеча пушинку. – Как думаешь, он вспомнит об этом, если нас арестуют?
– Разве что дадут не пожизненное, а двадцать пять лет, – хмыкнул Кеннет. – И не повесят.
– Уже хорошо, – вздохнул младший сын Нуланда.
– Согласен…
– Вы с ними договорились? Они заплатят неустойку?
– Проклятье!
– Ты сдурел?
– Ты чего себе позволяешь?
Крики вызвал губастый толстяк, который незаметно подошел сзади, резко, да еще и без приглашения, уселся за столик и тут же задал вопрос, заставив не ожидавших вторжения уголовников переполошиться.
– По мозгам захотел?! – рявкнул Кайл, увидев, кто его напугал.
– Ипатый муль, – выругался Кеннет. – Ты что, бессмертный?
– Я… простите… я думал… – увидев, что сыновья Нуланда не на шутку разозлились, толстяк мгновенно скис, превратившись в щуплый, неимоверно жалкий комок, и дрожащим голосом произнес: – Простите… умоляю… я не ожидал… я просто увидел того парня…
– Какого парня? – опомнился Кеннет, не позволив размахнувшемуся Кайлу выбить губастому пару-тройку зубов.
– Длинного, который ушел с астрологом, – ответил толстяк.
– Откуда ты знаешь, что он астролог? – отрывисто спросил Кайл, недовольный тем, что ему не удалось наказать дерзкого толстяка.
– Астрологов за лигу видно…
– Все верно, он астролог, – Кеннет дернул толстяка за плечо, заставив смотреть на себя. – А что не так с высоким парнем?
– Так ведь это он разнес мою лабораторию, – сообщил губастый. – В смысле, избил охранников и потом два часа что-то там делал… в смысле, с ним тогда был алхимик, а не астролог… – Он передохнул и закончил: – Я решил, что вы его поймали и договариваетесь о возмещении ущерба.
Несколько секунд сыновья Нуланда в полной прострации таращились на толстяка, а затем одновременно и одинаковым, «братским» жестом принялись чесать затылки.
Как Дерек и обещал, на следующий день праздник закончился, и дер Даген Туры остались в «Большой берлоге» одни.
Впрочем, одни они остались только к вечеру.
Сначала разъехались «простые» гости, то есть свита дара Яведо. Их предупредили, что завтрак будет подан к девяти и продлится час, после чего начнется погрузка на цеппели. Первый из которых, специально зафрахтованный пассер, пришвартовался к Штандарту еще в восемь утра. В десять он убыл в Жерн, а его место заняло второе судно, забравшее остальных гостей. Посадка шла быстро и слаженно: свита Дерека не в первый раз посещала «Берлогу» и знала, как нужно вести себя в «разъездной» день, чтобы не вызвать раздражение дара.
Второй пассер убыл в двенадцать, а в два пополудни с гостеприимным хозяином распрощался дар Филип. При этом Спирче не забыл пригласить Дерека и Помпилио в гости, сказав: «У меня в дарстве пламуры не водятся, но лютые панцирные змеи из Бжерского моря считаются лучшей морской добычей Верзи». У Киры вспыхнули глаза, и Помпилио понял, что путешествия на север соседнего материка им не избежать. И оценил тонкость приглашения: дар Филип мягко намекнул, что знает не только то, что Кира выросла на Кардонии, но и то, что адира дер Даген Тур обожает охотиться на крупную морскую дичь.
Через час после Филипа замок покинул дар Бенджамин, успевший перед отлетом провести короткое совещание с «мальчишками».
– Я не верил, что у вас получится, и рад, что ошибся.
– Филип еще должен переговорить со своими сторонниками, – заметил Дерек.
– Авторитет Филипа чрезвычайно высок, не сомневаюсь, что к нему прислушаются, а значит… – старик выдержал короткую паузу, – значит, Верзи вновь едина. Как когда-то давно, когда мы поднялись против Инезирской династии.
– А еще это значит, что война стала на шаг ближе, – твердо произнес Дерек.
– Война всегда где-то рядом, – не менее твердо парировал Бенджамин. – Люди без труда находят повод обнажить меч, но сейчас мы собираемся сражаться не за золото, не за земли, которые равны золоту, не за власть – а за наше право жить. Мы знаем, что сделают галаниты, если мы позволим им победить. – Старик внимательно оглядел молодых собеседников. – Галаниты не уничтожили нас во времена Инезирской династии, но больше такой ошибки не допустят.
– Мы это понимаем, – глухо проронил Дерек.
Помпилио кивнул, показывая, что полностью согласен с другом.
– В таком случае, мальчишки, больше уверенности и напора, – Бенджамин повернулся к хозяину замка. – Тщательно подготовь речь к ближайшему заседанию Палаты Даров. Мы со стариками поддержим тебя в любом случае, Филип тоже – он обещал, но я хочу, чтобы ты зажег наши сердца, Дерек, чтобы циничные дары кричали и стучали ногами. Я хочу, чтобы ты вернул нас в те времена, когда ради свободы и независимости мы разломали Вечные Дыры, рискнув будущим Герметикона. Время пришло…
