– По вечерам почти все люди угрюмые, а остальные пьют?
– Да, – подтвердил Галилей. – А что?
– Нет тех, кто идет к семье, чтобы поиграть с детьми, почитать книгу, поцеловать жену… – Дюкри не был примерным семьянином, его единственный сын уже поступил в военную академию и уехал из дома, поэтому по вечерам Уран или работал, или… Или делал то, о чем сказал Квадрига. Правильно сказал, но у Дюкри эта правда вызвала раздражение. – Есть и нормальные люди.
– Я не бываю у них дома, – пожал узкими плечами астролог. – Я говорю только о том, что вижу. – И поднялся из-за стола. – Пойду разбужу Мерсу.
– Пусть спит, – буркнул потерявший аппетит Уран. – У него был трудный день и еще более трудная ночь.
– Ему будет приятно, что я о нем позаботился.
– Разбудил?
– Позвал к столу.
Дюкри проводил астролога взглядом, отставил яичницу и взялся за кофе. Официант тут же сменил тарелку на блюдо со свежей выпечкой.
А место Квадриги заняли сыновья Нуланда.
– Кеннет, – прищурился Уран, ткнув пальцем в Кайла.
– Почти угадал, – проворчал младший ребенок. – У нас есть дело.
– Мы готовы подумать о покупке твоего цеппеля, – сообщил настоящий Кеннет, без спроса беря в руку рогалик. – Я и не знал, что в этой тошниловке так вкусно кормят.
– Рогалики – это не еда, – не согласился Кайл. – Нужно взять мясо.
– Успеем, – Кеннет тяжело посмотрел на беззаботно улыбающегося Дюкри. – Покупатель хочет лично взглянуть на цеппель.
– Не получится.
– Почему?
– Он ушел, – коротко ответил Уран.
– Мы знаем, что он ушел, – не стал скрывать Кайл. – Куда он ушел?
– «Счастливый цехин» покинул сферопорт сразу после нашего разговора, – Дюкри доел рогалик, который успел взять до появления бандитов, допил кофе и вытер губы салфеткой.
– Куда он ушел? – повторил Кайл.
– В одно укромное место.
– Мы знаем все укромные места на Тердане.
– Значит, вы знаете, где стоит мое судно.
– Дерзишь? – вспыхнул младший сын Нуланда.
– И в мыслях не было, – очень спокойно ответил Дюкри. – Мне нужна сделка. А цеппель для ее заключения не нужен. Вы его видели и знаете все, что должны знать.
– На первой встрече ты вел себя как лох, – признал Кеннет. – Ты нас обманул.
– Иначе я бы уже был мертвым, – ровным голосом произнес Уран. – Или же лишился своего судна. Мы оба знаем, как делаются дела.
– Нас тут трое, – обиженно заметил Кайл.
– Мы купим цеппель по справедливой цене, – твердо произнес Кеннет.
– Я готов к сделке, но только под слово Честного, – не менее твердо ответил Дюкри.
Честными в Омуте называли сильных и авторитетных уголовников, которые гарантировали межзвездные сделки. Не все эти сделки проходили гладко, порой бандитская жадность брала верх над инстинктом самосохранения, но каждый такой случай обязательно заканчивался гибелью кидалы: Омут открывал на него охоту, а спрятаться от Омута было намного сложнее, чем даже от лингийской тайной полиции.
– Наш клиент хочет лично посмотреть второй астринг, без этого сделки не будет, – попытался надавить Кеннет, но безуспешно.
– Вы видели его собственными глазами, – усмехнулся Дюкри. – Он ничем не отличается от первого, но не работает. Я жду еще два дня, потом улетаю.
Тон, которым Уран произнес последнюю фразу, не оставлял сомнений в том, что разговор окончен. Бандиты переглянулись, молча поднялись из-за стола и ушли.
А их место занял сонный Мерса.
– Капитан.
– Энди?
– Да.
– Доброе утро, Энди.
– Доброе утро, – алхимик зевнул. – Капитан, скажите, зачем вы… э-э… приказали Галилею меня разбудить?
– Я не приказывал.
– Значит, он соврал, – Мерса снова зевнул. – Еще Галилей сказал, что вы громко плакали ночью, потому что тоскуете по Линге.
Дюкри поперхнулся.
– Если это так, я могу смешать вам замечательный успокоительный порошок по уникальному рецепту Альваро Хасины, это наш… э-э… медикус. Поверьте, вы останетесь довольны.
Условившись, что Аксель будет ждать в «Полной чаше» и не уйдет дальше ближайшей таверны – в том случае, если соберется пообедать, Бабарский выскользнул в переулок, через проходной двор добрался до соседней улицы, прошел по ней два квартала и, только убедившись, что за ним никто не следует, отправился в доходный дом вдовы Муто. В который тоже вошел через черный ход. Поднялся по черной лестнице, никого не встретив по дороге, постучал в номер Мерсы и распахнул дверь, не дожидаясь ответа.
– Почему ты не запираешься?
– Э-э… – сидящий в кресле алхимик поднял голову, несколько секунд смотрел на энергичного суперкарго, после чего поправил очки и переспросил: – Что?
– Почему не запираешь дверь? – ИХ прошел в комнату, потрогал пальцем стол, выглянул в окно, раскрыл и закрыл дверцы шкафа и вновь повернулся к Мерсе. – Ты все-таки не на «Амуше».
– Ты… э-э… вроде бы говорил, что здесь безопасно, – промямлил Энди, возвращая очки на нос.
– Я говорил, что тебя здесь вряд ли ограбят, – уточнил Бабарский. После чего посмотрел на обложку книги, которую читал Мерса, покачал головой, увидев мудреное научное название, и велел: – Собирайся.
– Я планировал сегодня… э-э… отдохнуть, – сообщил в ответ алхимик. – Был сложный день.
– Хватит морочить мне голову, нам некогда.
– Тебе?
