Скорби Сатаны полностью

Он замолчал и грозно посмотрел на меня, а потом спросил:

– Узнаешь ли ты меня… теперь?

Я застыл от страха, изумленно глядя на него… Неужели этот человек – а он выглядел человеком – настолько повредился умом, что говорит столь дикие и ужасные вещи?

– Если ты не узнаёшь меня, если ты по-прежнему не можешь узнать меня, то только потому, что не хочешь знать! Я являюсь людям, когда они преисполнены тщеславия, и становлюсь их спутником, потворствуя их излюбленным порокам! Я принимаю тот облик, который им нравится, и потакаю их капризам! Именно они делают меня тем, кто я есть. Я выгляжу в соответствии с их быстротечной модой. Менялись эпохи, и люди давали мне странные имена и титулы, а их церкви представляли меня чудовищем. Как будто воображение может нарисовать чудовище худшее, чем Дьявол в человеческом обличье!

В полнейшей тишине его звучный голос казался мне страшнее самой дикой бури.

– Ты – создание Божие – наделен, как и любая наделенная разумом частица Его творения, способностью к бессмертию. Но люди сосредоточены на тлене и в своей ничтожности смеют оспаривать и подвергать сомнению вечные истины! По воле Творца вам дозволено увидеть Естественную Вселенную, но из милости к вам Господь опускает завесу над сверхъестественным! Ибо ваш слабый мозг не выдержал бы таких испытаний. Вы не знаете тайн Вселенной, но вы сомневаетесь! Сомневаетесь не только в непревзойденной Любви и Мудрости, которые удерживают вас в неведении до тех пор, пока вы не будете готовы к тому, чтобы вынести полное знание, но и в самом факте существования иной Вселенной. Высокомерные глупцы! Ваши часы отсчитываются по другим законам! Каждая мысль, слово, поступок и взгляд зачтутся в будущей жизни! Этот закон непреложен! – Он продолжал, и в его голосе звучала нездешняя музыка. – Люди совершают свой выбор и сами создают свое будущее. Не позволяй им утверждать, что они несвободны в выборе! Бог явился им с Небес в образе человека. А из самых глубин Ада возник я, дух бунта, и тоже в человеческом обличье! Но Богочеловек был отвергнут и убит. А я, Дьявол, продолжаю жить, приветствуемый и почитаемый! Таков выбор человеческий, а не Божий и не мой! Если бы ваш корыстный род полностью отверг меня, то я больше не существовал бы таким, какой я есть, исчезла бы и вся моя свита. Слушай, я опишу твой путь, – это путь многих. И суди сам, как далеко отпал ты от Бога! И как близок силам Ада!

Я невольно вздрогнул: я начал осознавать ужасную природу всего происходящего.

– Ты, Джеффри Темпест, когда-то был отмечен Господом: ты получил удивительный дар, называемый Гением. Такая удача выпадает лишь немногим смертным, и горе тому, кто, получив дар, считает его личной ценностью и использует для себя, а не для Бога! Божественные законы направляли тебя на путь страданий, разочарований, самоотречения и бедности, ибо только так человечество становится благороднее и совершеннее. Пройдя через боль и упорный труд, душа вооружается для испытаний и битвы. Ибо труднее достойно пережить победу, чем вынести удары! Но ты возмущался благосклонностью Неба. Путь страданий был не для тебя. Бедность и голод свели тебя с ума. И все же бедность лучше высокомерного богатства, а голод полезнее потакания своим слабостям! Ты не хотел ждать, собственные невзгоды казались тебе ужасными, а усилия достойными похвалы и вознаграждения. Горести и труды других ты не ставил ни в грош. Ты был готов проклясть Бога и умереть. Жалея только себя, восхищаясь одним собой, с горечью в сердце, с проклятиями на устах, ты стремился поскорее использовать свой гений и опустошить свою душу. Вот почему к тебе пришли миллионы, и вот почему явился я! – Стоя теперь во весь рост, он смотрел мне в глаза с презрением и печалью. – О глупец! Ведь я сразу предупредил тебя! В тот самый день, когда мы встретились, я сказал, что я не тот, кем кажусь! Божьи стихии возвестили об угрозе, когда мы условились о дружбе! И когда я заметил в тебе слабую последнюю борьбу не совсем омертвевшей души, пытавшейся сопротивляться и не доверять мне, разве я не убеждал тебя позволить этому лучшему инстинкту взять верх? Но ты марионетка в руках высших сил! Ты низко глумился над Христом! Тебе посылалось множество намеков, давалась тысяча шансов творить добро, и это могло бы заставить меня отступить от тебя и принесло бы мне желанную передышку от скорби, – прекращение пыток хоть на мгновение!

Его чело прорезали скорбные морщины. Он смолк, а затем продолжил: