— Ну в переносном смысле. На деньги потраченные на это все можно наверно целый год содержать детдом. Вон сколько детей, не то, что в Африке — у нас обездоленных бродяжничает.
— Господи, какой ты милый, Саша, — она мне умиленно улыбалась, — ты правда думаешь о детях из детдома? Ты сам случайно не детдомовский?
Кому-то все, а кому-то ничего от рождения.
Когда я входил в квартиру, я действительно подумал о беспризорнике Генке с вокзала.
— Ой, вот кто настоящая благородная душа! Нас судьба с этим твоим Костей видно познакомила, чтобы я могла услышать, то что сейчас услышала от тебя. Наша молодежь, все еще чиста и очень наивна. И это прекрасно. Как же я хочу тебя обнять.
Э, нет, стоп, так мы не договаривались. Хоть Марго и сохранила некоторые черты женской привлекательности, но она мне почти в матери годилась. Я совсем не был готов к физическому контакту.
— Да я тебя не трону. Не переживай, — она определенно умела читать мысли, видимо ее поэтическая интуиция работала не только в области стихосложения, — я старая для тебя, я знаю.
Я попытался ее убедить в обратном.
— Ну, какая ты старая, ты еще очень даже молодая.
— Не льсти мне, я прекрасно понимаю, что такое восемнадцать лет, я отлично себя помню в этом возрасте. Весь мир перед тобой и ты все еще умеешь летать во сне и наяву. Тебе не нравится квартира, потому что ты молод. Это пройдет. Тебя пугают эти предметы, мебель, картины потому что ты не очень себе представляешь, какую цену с тебя потребует жизнь за обладание всем этим.
— Вовсе нет, я не боюсь ничего.
— Это не страшно. Если ты позволишь мне быть твоим другом, то я научу тебя, как идти по жизни и на самом деле не бояться. Выбор за тобой.
Марго была еще и актрисой. Совершенно невозможно было понять насколько ее задел мой отказ, и что она подразумевала под словом «друг».
Она оторвала листочек из изящного блокнотика и записала на нем свой номер телефона.
— Звони мне в любой время. Я могу тебе пригодиться. Меня многие знают. В том числе в ЦК. Половина цэковских друзья и однокашники моего папы. Ты же будущий гонщик, как ты мне рассказывал в метро. Тебе понадобятся связи. А они у нас ого-го.
— А ты даже Брежнева знаешь?
— Знаю, даже на коленях у Леонида Ильича сидела, во время праздников. Он тогда еще не был генеральным секретарем.
— Ух ты! Вот это здорово.
Не знаю, как учили попугая, но, видимо, услышав знакомые имя и отчество птица из зимнего сада тут же выдала частушку:
— Гениальные писал, Брежнев Лёня книжки. Ну а кто их покупал — глупые мартышки.
— Фердинанд, ну-ка прекрати! Перестань меня позорить перед гостем! — прокричала хозяйка квартиры в сторону залы, — мы его на лето отдавали знакомым из ЦК, вот видишь результат!
— Не переживай, я никому не расскажу. Хорошо иметь знакомых В ЦК, с таким чувством юмора.
Но не стоило обольщаться. У всех этих больших людей из ЦК своих забот полон рот. К тому же свои интересы. Я отдавал себе отчет в том, что они и пальцем не пошевелят без существенной социальной и политической выгоды. А мне им предложить пока нечего.
— Так, что считай, что Марго твоя золотая рыбка. А может даже и спасательный круг. Константину передай, чтобы забыл мой номер телефона, а ты, если будешь тонуть — звони.
— Хорошо, если что, то обязательно позвоню.
Я возвращался в вагончик, вспоминая детали ушедшего дня. Что-то подсказывало мне, что с Марго стоит дружить. Я пока не знал для чего, но иметь связи в ЦК КПСС совсем не плохо.
Это почти самая вершина власти. Наравне с руководством Органов. Они могут снимать и назначать министров, решать любые вопросы. Выше только «звезды», как говорится.
Когда я прошел через проходную на территорию базы то сразу почувствовал неладное.
Откуда-то тянуло дымом. Ускорив шаг я обнаружил, что наш вагончик с одной стороны объят разгорающимся пламенем.
Что за хрень, неужели Константин устроил пожар? Курил в койке? Оставил включенной плиту?
С быстрого шага я перешел на бег. Андропова нигде не было видно.
На секунду мне показалось, что в сторону пролома в заборе метнулись две тени.
О том, что это был поджог я понял по двери, подпертой снаружи длинным бруском
Я выбил его ударом ноги и скинув с себя футболку, скомкал ее в подобие фильтра, закрыл рот и нос и ринулся внутрь.
— Костя, вставай, горим! Вставай скорее! — я тормошил его за плечо.
Андропов продрал глаза, в одно мгновение осмотрел все вокруг безумным взглядом, вскочил на ноги.
— А где эта? Где Марго?
— Она уехала домой, давай на выход!
Дым уже заполнял внутреннее пространство вагончика.
Константин засуетился собирая свои вещи. Оценив время я собрал в охапку свои личные вещи и документы, быстро вытащил на улицу и вернулся за оборудованием.
В дверях я столкнулся с Андроповым.
— Беги за вахтером, нужна вода, песок, огнетушители
Мои сосед молча кивнул и подчинился. Он рванул в сторону проходной.
Я же снова пробрался внутрь и стал выносить оборудование. Если мой «швейный цех» сгорит, то я подведу к Серегу.
Не знаю откуда взялись силы, но задержал дыхание, схватил машинку, она мне показалась очень легкой и моментально вытащил ее наружу.
