— Да и то верно. Знаешь, я, как чувствовал, что добром эта поездка не закончится.
— Я тоже. Ругаю себя, что вообще согласился.
— Ты тут ни при чем, не ты был за рулем. А это Гарик тоже хорош — сам выпил и решил на чужом горбу в рай заехать. Вот и доездился. Денег сэкономил. Мог бы лафет за машиной отправить или на завтра приемку перенести. Хорошо, что выжили. Брату в Омск звонил?
— Это самая неприятная вещь, которая мне сейчас предстоит. Я тебе набрал первым. Там разница во времени, у них сейчас ночь, думаешь, сто́ит звонить и на уши ставить?
— Мне кажется, лучше утром. Там какая разница во времени?
— Три часа.
— В пять нужно звонить, когда у них восемь утра. Хочешь, я позвоню?
— Нет, я позвоню.
Проснувшись рано утром по будильнику, я дозвонился до Георгия. Он без лишних слов, сказал, что вылетает ближайшим рейсом и по прилете даст знать либо по телефону, либо придет на автобазу.
На работу я отправился раньше обычного. И приехал за полчаса до начала рабочей смены. Мне показалось, что я заметил в припаркованной у проходной машины тех самых двух типов, что напали на нас с Артуром возле нашего бокса.
Но так как они располагались довольно далеко, я не сумел разглядеть получше.
Если эти люди приехали по нашу душу, то они должны были сами себя проявить.
У нас со Славой было время подготовиться. Он уже был на рабочем месте.
— Там перед воротами машина стоит, думаю, что это по мою душу явились.
— Что? Что значит по твою? По нашу! — возмутился Слава, — с каких это пор ты выписал меня из членов команды и сотрудников гаража? Дозвонился брату Глеба.
— Да. Он прилетает сегодня.
— К нам гости, — сказал Слава, прикрывая ворота от сквозняка, — бери монтировку.
Я подошел и заглянул в узкую щель и увидел, как те самые два мордоворота решительно приближались к нашему боксу. Они были немного по-другому одеты, но не узнать их, было невозможно.
Рванув в глубину ремонтного цеха, я схватил со стеллажа гаечный ключ.
Прохладный металл приятно разместился в ладони. Я посмотрел на Славу, он тоже стоял во всеоружии перед воротами.
В его руке тускло поблескивала видавшая виды монтировка. Я же снова смотрел в щель и прикидывал наши силы.
Нужно было прямо в тот момент определиться, где нам удобнее принять бой: на улице или внутри бокса.
На улице у противника было большое поле для маневра, но к нам на помощь могли подоспеть другие ребята из соседних цехов, идущих на работу.
А внутри у нас было небольшое преимущество. Мы могли бы спрятаться в начале драки и первыми напасть неожиданно. Из этих двух вариантов я выбрал первый. Не факт, что нам со Славой удалось бы свалить обоих с первого удара.
Вспомнил, как в прошлый раз один из них после удара трубой встал и удалился на свих ногах как ни в чем не бывало.
Как эти двое мордоворотов с бычьими глазами прошли на территорию, еще предстояло выяснить у охраны.
Я решил распахнуть ворота и принять бой на улице.
Оттолкнув от себя тяжелую четырехметровую створку, я увидел, как эти двое внезапно остановились, молча переглянулись и резко сменили направление движения.
Они пошли вправо мимо здания нашего гаража.
Вот тебе раз. Неужели они из-за меня так резко передумали?
Но буквально через секунду я увидел истинную причину, побудившую их, отказаться от своих планов.
От управленческого корпуса в сторону нашего цеха шагал милиционер в форме.
Он только что спросил у одной из сотрудниц бухгалтерии, кажется, у той, что я подарил торт, где находится гараж гоночной команды.
Женщина указала в нашу строну, и теперь милиционер направлялся в нашу сторону.
— Здравия желаю, старший сержант Рыбаков, — дойдя до нас, страж порядка представился и взял под козырек, — кто тут будет Александр Каменев?
— Это я, товарищ старший сержант, а какой вопрос? Что сучилось?
— Вам знаком, Глеб Якунин?
— Да, он работает вместе с нами.
— Вчера он следовал на автомобиле и совершил аварию. Вам что-нибудь об этом известно?
Мы переглянулись со Славой. Двое мордоворотов стояли в метрах ста пятидесяти и не скрываясь наблюдали за нами.
— Да. Он вроде в столб влетел, — ответил я спокойным тоном.
— Откуда вам это известно?
— С ним был парень, его фамилия Щербаков, я разговаривал с его мамой, Зинаидой Андреевной, она мне рассказала.
— Вам придется проехать со мной в отделение.
— Товарищ старший сержант, а нельзя взят показания, — Слава, видимо, хотел попросить, чтобы сотрудник милиции опросил меня в боксе.
Но тот строго отрезал:
— Нельзя. А вы кто будете?
Слава представился, назвав свою фамилию, имя и отчество. Милиционер достал блокнот из планшета и старательно записал данные Славы.
— Кем работаете?
— Автомобильным механиком.
— Телефоны: домашний и рабочий.
— У нас в гараже нет городского номера, только внутренний.
— Диктуйте, — строго пробурчал старший сержант Рыбаков.
Когда милиционер все записал и убрал блокнот обратно в планшет, Слава спросил:
— А можно мне с вами в отделение?
— Нет, если ваши показания понадобятся, то вас дополнительно вызовут повесткой.
— Собирайтесь, гражданин Каменев.
— Хорошо, только куртку надену.
