Монстры застывают на месте и, кажется, даже перестают дышать. Толпа неподвижна. Я пытаюсь обнаружить хоть что-то движущееся, чтобы понять, что я нахожусь не в реальности с застывшим временем. Единственный признак того, что все идет своим чередом – лавандовые снежинки, медленно падающие с неба. Даже Сильвер, стоящая рядом, неподвижна.
Звенья цепи трутся друг от друга, открываются ворота по периметру арены. Со своей точки обзора я вижу шесть штук, но, скорее всего, их восемь. Лязг разносится по всему стадиону.
За воротами зияют темные, словно черные дыры, туннели.
Из них выползает наружу темно-серый туман, быстро покрывающий белое песчаное дно.
Я слишком увлечена наблюдением за тем, как серый туман заполняет пространство, чтобы заметить какое-то движение у ворот. Отчаянный рев толпы активируется снова, застает меня врасплох. Испуганно вскрикнув, отшатываюсь от перил.
Сильв какое-то время смотрит на меня, а потом возвращает свой взгляд к арене, качая головой. Я возвращаюсь на свой наблюдательный пост.
Восемь серокожих созданий обоих полов шагают к сопернику в центре арены. Они чуть выше, чем тот, на кого они собираются напасть, но даже отсюда прекрасно видно, что воин совсем не коротышка.
Темный туман, такой же, как и внизу, стекает с монстров, как вода с тающей сосульки.
Их единственная защита – закаленные кожаные панцири на груди. Руки абсолютно ничем не прикрыты. Правда, некоторые держат наготове щит или оружие. По земле за ними странными зигзагами волочатся темные накидки.
Так, стоп. Это не накидки.
У меня перехватывает дыхание, а глаза вылезают из орбит.
За спиной каждого из них есть крылья, которые сейчас волочатся за ними по земле. Цвет перьев разный, от грязно-коричневого до угольно-черного.
Подняв глаза вверх, я осматриваю трибуны и замечаю среди толпы Отрекшихся и других крылатых существ. Возвращаюсь к серокожим созданиям на арене. Выглядят они, конечно, так себе, но причина, по которой мое сердце начинает отбивать чечетку, вовсе не в их внешнем виде.
А в том, что я знаю, кто это такие. Падшие.
До того, как попала в Академию Нефилимов, я могла лишь частично переходить в фазу. Мое тело присутствовало в обоих мирах одновременно, но я не могла полностью рассмотреть спектральный. Монстры, преследовавшие меня в кошмарах, всегда казались мне небольшими бесформенными пятнами. Будто сны, окутанные туманной дымкой. Но шрамы, которые они мне оставили, вполне реальны.
Рыцарь в серебряных доспехах держит оружие наготове, когда Падшие ангелы приближаются.
Как нечто подобное вообще можно считать развлечением? Он ведь там совсем один. Его разорвут в клочья еще до того, как обезумевшая толпа начнет требовать хлеба и зрелищ.
Противники останавливаются на расстоянии пары шагов от своей жертвы. Они проявляют предельную осторожность. Пристально осматривают друг друга, словно оценивая и прикидывая, кто же нападет первым. Но, похоже, никто не хочет первым начинать бойню.
Я до боли вцепляюсь в перила. Меня одолевает невероятное желание помочь одинокому бойцу на арене, но инстинкт самосохранения сдерживает мои геройские порывы.
Смотреть, как Падшие разрывают парня на куски, нет никакого желания, но оторвать взгляд не получается.
Смотреть, как кто-то сражается насмерть ради чьего-то развлечения, конечно, так себе. Но если эти существа Падшие и Отрекшийся, то сердце мое спокойно. При всем ужасе, который сковывает меня изнутри, я внушаю себе, что этот воин – нечисть, старательно игнорируя внутренний голос, кричащий о том, что им не нужно никакого оружия или щитов… и уж тем более у них нет никакой ауры.
Бой начинается, когда первый из Падших бросается в атаку. На полной скорости он замахивается своим боевым топором, тупым концом прицеливаясь в голову соперника. Тот буквально в последнюю секунду пригибается, падает на землю и перекатывается вперед, избегая обезглавливания.
Монстр молниеносно меняет траекторию движения, обеими руками опуская оружие по дуге.
Солнечный свет бликом отражается от меча рыцаря в доспехах, когда тот поднимает его, останавливая движение топора до того, как острие вонзается в грудь.
Легкие требуют кислорода, от такого зрелища у меня перехватило дух. Выдохнув, продолжаю как завороженная наблюдать за происходящим на арене сражением.
Остальные Падшие стоят, будто статуи, окружив дерущихся. Удары, которые бойцы обрушивают друг на друга, кажутся сокрушительными, но те продолжают как ни в чем не бывало. Черная кровь сочится из ран Падшего на руках и ногах. На его противнике нет ни царапины.
Проходит несколько минут, и чудище, кажется, слабеет, его движения становятся медленными и неточными.
А вот оппонент полон сил и энергии, он все так же бодро прыгает, прогибается и уворачивается от ударов. С невероятной точностью наносит удары в тех местах, которые только усиливают кровотечение из ран. Такое ощущение, что рыцарь просто играет с врагом.
