Он отбрасывает прочь свое оружие и бросается на меня, сверкая длинными черными когтями. Я выставляю меч вперед, чтобы отразить нападение, но ангел движется агрессивнее и намного быстрее предшественников. Оружие добавляло им веса и значительно снижало скорость.
Ангел наконец-то добирается до меня. Из глубоких ран, оставшихся от меча, струится черная кровь, но он не обращает на это внимания.
Схватив меня за бедро, он рваным движением вскрывает мои доспехи и вонзается когтями мне в мышцу.
Это первое серьезное ранение, которое я получила, не считая парочки мелких царапин и порезов. Из разорванной плоти вытекает алая жидкость.
Падший благоговейно вдыхает воздух, в котором витает запах свежей крови. Откидывает голову назад и взвывает.
Ужас, который до этого времени совершенно не ощущался, решил наконец-то взять свое. Тело пронзает холод. Хромая, я пытаюсь сбежать из лап противника.
Нефилим, стоящий за Падшим, замечает мое затруднительное положение, когда двое соперников оставляют его в покое и переключаются на меня.
Запах крови потомков ангелов на них действует как на акул, так, что ли? Стоп, разве Диньк не говорил что-то о том, что моя будет для них вкуснее той, что у других?
Я не хочу быть съеденной. Так себе кончина, честно говоря.
Пригнувшись, молодой человек взлетает в воздух и успевает приземлиться передо мной до того, как первый монстр набрасывается на меня.
Одна из ангелов настолько одурманена запахом, что «напарнику» не составляет труда проткнуть ее мечом через закаленный нагрудник.
Он оставляет меч внутри жертвы и вместо этого поднимает меня на руки, одной рукой обхватив под коленями, а второй чуть ниже поясницы.
– Игра окончена, – твердо заявляет он своим низким голосом, который явно не потерпит возражения.
Взмахнув крыльями, он поднимает нас в воздух.
От неожиданности у меня перехватывает дыхание. Он двигается значительно увереннее меня. Я никогда еще не поднималась на такую высоту.
Моя кровь капает на толпу, пока мы пролетаем над многоярусными сиденьями. Отрекшиеся как остервенелые сражаются всего за каплю алой жидкости. От мысли о том, что они до смерти жаждут сожрать меня, желудок сжимается.
Ногти царапают по округлому наплечнику воина. Тело напрягается. Я жду, что кто-то из Падших погонится за нами, но этого не происходит. Наоборот, мы без проблем перелетаем через более высокий ярус сооружения.
Я думала, мы улетим как можно дальше от этого древнего объекта культурного наследия, но вместо этого Нефилим направляется к самому дальнему его шпилю На вершине горит пульсирующий свет, прямо как в том шаре, который мы отправляли в резиденцию Совета. Только это свечение – яркое и серебристое, а не золотистое или синее.
Я активно ворочаю головой, сражаясь с ветром, раздувающим мои волосы во все стороны, чтобы осмотреть территорию как можно подробнее. Насколько я могу судить по увиденному, внизу простирается бесконечная череда заснеженных гор.
Морозный воздух царапает мою обнаженную кожу, когда мы пробираемся сквозь заснеженные участки. Пушистые лавандовые снежинки превратились в острые лезвия, которые больно врезаются в лицо и руки.
Я стараюсь не думать о том, что мое бедро сейчас похоже на котлету для гамбургера, и о том, что прижата к груди незнакомца. Из-за большой кровопотери сознание затуманивается.
Это плохо.
Наш полет замедляется, через несколько мгновений мы проскальзываем под большой аркой, расположенной на самой высокой башне, и плавно приземляемся. Потомок ангелов усаживает меня на белый, богато украшенный стул. Спинка у него низкая, так что крылья удобно свисают вниз. Разорванная мышца продолжает кровоточить.
Выпрямившись, парень вскидывает руку, и с его ладони в очаг камина, стоящего недалеко от нас, соскальзывает огненный шар.
Я оживаю не только из-за пламени и тепла, но и способа его появления. Я впервые встречаю кого-то, кто может контролировать огонь так же, как и я. Сердце бешено колотится. Не знаю, от волнения это или тревоги.
Все происходит так быстро. Категорически нельзя терять бдительность. Я – пленница, и, хотя он тоже потомок ангелов, это вовсе не означает, что мы союзники.
Схватившись за забрало своего шлема, парень срывает его и бросает на каменный пол. Затем в рекордно короткие сроки стягивает перчатки, скидывает с себя наплечники и нагрудник. При этом все это время взгляд его был прикован к моей изодранной, истекающей кровью ноге. С того момента, как он снял шлем, я не могу отвести глаз от его лица.
Пресвятые. Ангелы. Обалдеть.
Невероятно красивый.
Кожа, словно полированный мрамор. Настолько бледная, что, кажется, отливает серебром. Темные брови на контрасте с серебристо-светлыми волосами похожи на черных воронов, кружащих над темно-сапфировыми глазами-озерами, что всего на полтона светлее черного.
Но его внешность далеко не единственная причина моей потерянной где-то челюсти. И невозможности оторвать взгляд. Он не походит на типичного представителя полуангелов. Я знаю только одного точно такого же Нефилима.
Я сама.
