Беспорядок внутри и снаружи. Дополнительный тепловой след, чтобы сбить с толку камеры и мои похитители не обнаружили моего исчезновения. Сначала я пойду пешком, а потом полечу. Рано или поздно радиус действия сферы закончится, и я смогу выйти из фазы в мир смертных. Тогда единственной моей проблемой будут лишь Отрекшиеся.
Поворачиваю с мыслью о том, что где-то здесь меня ждет заветная дверь, ведущая в псарню, но туннель передо мной выглядит как-то иначе. Справа нет ничего похожего на деревянные двери. Только еще один длиннющий проход.
– Черт, – наверное где-то не там повернула.
Возвращение на несколько минут выводит меня из равновесия. Остановившись, я прижимаюсь лбом к холодной стене. Несмотря на то что здесь достаточно прохладно, мои волосы мокнут от пота. Холодная каменная стена дарит хоть какое-то чувство облегчения.
– Ты справишься, – шепчу я сама себе. – Думай, думай, думай.
Сколько у меня есть времени до того, как кто-то, вероятнее всего Торн, обнаружит, что меня нет в моей комнате? Может, до утра, пока он не придет забрать меня на тренировку. А может, и гораздо меньше. У меня нет абсолютно никаких гарантий, кроме того, что есть здесь и сейчас. И что же делаю я? Трачу бесценные минуты.
Мысленно прокручиваю в голове каждый закоулок и поворот, который я сделала, чтобы добраться сюда. Глаза мои становятся похожи на блюдца, как только я понимаю, где именно ошиблась. Я возвращаюсь туда, откуда только что пришла. Три раза поворачиваю налево и один направо. Так, теперь я именно там, где изначально пошла не в ту сторону.
Я уверенно, но бесшумно шагаю по затвердевшей земле стадиона. Я уже бегу вдоль туннелей, как вдруг слышу, как кто-то кашляет, а затем раздается всхлип.
Замерев, я наклоняю голову вправо, именно оттуда и исходил шум. Т-образный перекресток идет совершенно в противоположную сторону. Мне нужно в другое место. Всего через пару секунд до меня доносится новый приступ кашля, на этот раз сопровождающийся некоторым подобием плача. Мои ноги сами бесшумно ступают туда, откуда исходят все эти шумы. Я даже сообразить ничего не успеваю.
Пока иду, в голове возникают мысли о том, что было бы, если бы я просто не услышала и проигнорировала бы эти всхлипывания и продолжила идти своим путем. Но сейчас я уже направляюсь туда. И чем ближе я становлюсь, тем сильнее колотится мое сердце.
Преодолев четыре поворота и два лестничных пролета, я совершенно перестала понимать, где нахожусь. Но я уже близко. Сама еще не знаю, к чему именно, но я уже слышу чьи-то стоны и сопение. Чуть дальше по коридору наконец-то появляется открытая дверь.
Что бы это ни было, оно там. Я в этом уверена. Замедлив шаги, я задерживаю дыхание и подбираюсь к входу. Воздух вибрирует от влажного кашля, а затем я слышу чей-то шепот на каком-то непонятном языке. Но точно знаю, что это не енохианский. Слишком плавные интонации для этого гортанного языка.
Я прижимаюсь лицом к холодной стене за пару шагов от деревянного дверного проема. Заставляю себя медленно и ровно дышать, чуть наклоняю голову в сторону, чтобы заглянуть в комнату перед собой.
Я убеждаю себя, что, как только удовлетворю свое любопытство, продолжу миссию по поиску псарни и выпущу баргестов на волю. Говорю, что у меня еще есть время, чтобы исполнить свой план. Это лишь небольшое отступление. Мысленно твержу, что что бы там ни оказалось, это абсолютно меня не касается. Что беспокойство, тугим узлом осевшее в животе, беспочвенно.
Но как только моему взгляду открывается то, что находится в этом помещении, я понимаю, что все, что я так усиленно вбивала себе в голову, было наглой ложью самой себе.
Я дважды моргаю, пока глаза привыкают к свету. Вокруг и перед собой вижу воду. Хоть я и не знаю, что здесь за место, но сильно сомневаюсь, что это подземная канализационная система. Пахло бы абсолютно иначе. Может, это местный источник пресной воды?
Впереди, на неровном каменном полуострове, соединенном с задней частью пещеры, ютится группа людей. Группа людей.
От шока перехватывает дыхание. Они не могут проникать в спектральный мир, однако же я вижу их перед собой. Примерно двадцать пять – тридцать человек обоих полов заперты здесь, в чреве вражеской крепости.
На них поношенная и грязная одежда. Рваные рукава, черные пятна, обтрепанные края, у кого-то нет обуви. И ни на ком из них нет теплых вещей. Конечно, это место защищено от непогоды, но абсолютно ничем не отапливается.
Хоть я и устойчива к холоду благодаря своему происхождению и горячей крови полукровок, даже мне становится здесь некомфортно. Значит, температура здесь настолько низкая, что обычный человек может запросто получить переохлаждение.
Обычно такое приятное для глаз свечение воды только усиливает их бледность, делая вид болезненным. На фоне практически белоснежной кожи отчетливо виднеются темные круги под глазами.
В окружении камней с одной стороны и водоема с трех других они спят на тоненьких лежанках. Одеял на всех не хватает, поэтому несчастные жмутся друг к другу, чтобы согреться.
