— Убить предателей, — взревел он, будто напиваясь общей яростью, но не позволяя ей ни на миг туманить разум. Верные матросы вдохновились и с удвоенной силой принялись теснить мятежников.
Наёмники опасны. Но длинные мечи на корабле — недостаток: нужно время и место для удара, зато абордажная сабля могла мелькать в умелых руках молнией. Если бы не рана. Но даже так он ещё что-нибудь может…
По правому борту виднелся Джофф, туда же оттеснили боцмана. В пяти шагах слева маячила рыжая голова Редвальда. Его — убить в первую очередь. Пытаясь отразить удар одного из наёмников, Алекс чуть не упал. На помощь пришёл Сагиш, спрыгнувший с трапа и взявший солдата на себя.
Вперёд!
Ревел в ушах упрямый ветер. Бой шёл уже на полубаке. Алекс увидел, как двое мятежников окружили Эрика. В руках у того был нож, но корсакиец стойко оборонялся. Вот как! Значит, выбрал его сторону.
Загудел воздух над ухом. Алекс запоздало поднял катлас. Поморщился, потеряв равновесие, и едва не пропустил следующий удар. Рана предавала, лишала привычных реакций. Из последних сил Алекс подсёк мятежника под колено, завалил на палубу и тут же вмазал ему в висок эфесом. И сам рухнул следом, не удержавшись. Удар, ещё удар. Пока противник не опомнился, Алекс продолжал бить, но не до смерти. Это просто глупый, доверчивый паренёк. И без него довольно крови.
Алекс утёр текущую из носа струйку и поднялся, пошатываясь.
Они думали убить его больного. Захватить корабль предательством. Трусы и слабаки!
В шаге от Алекса рухнул Дориан, который пытался его защитить. Несколько бунтующих уже были мертвы, зато рядом остались ещё верные. Алекс добрался до левого борта и наконец настиг командира наёмников.
Редвальд, кажется, понял, что дело плохо. Увидев Алекса, он крикнул:
— Капитан! Вы живы! Мы можем обсудить! Наш договор…
Договор! И он посмел вспомнить про договор! Эти слова словно сорвали внутри пружину. В следующий миг Алекс рванул к Редвальду, забыв про боль. Блеснули глаза наёмника, в которых отразился такой ужас, словно он увидел чудовище; слова застряли у него в горле.
— Нет больше никакого договора, — прошипел Алекс.
Короткий взмах — и с всхрипом рыжеволосый предводитель завалился на пол, истекая кровью из распоротого живота. Его напарники охнули от быстрой расправы: они будто ждали, что он даст ему договорить!
Вскоре от бунтарей осталась кучка, прижатая к самому носу. Ощетинившись клинками, они отступали, пока было место. Оставшиеся в живых трое наёмников опустили оружие. Байзен, главарь шайки, ещё был готов воевать. Упёршись спиной в борт, он озирался, и взгляд его маленьких глаз перебегал с лица Алекса на остальных окруживших. Путей отступления больше не было.
— Вздёрнуть мерзавцев! — послышался одиночный вскрик из толпы, но Алекс сделал вид, что не слышит.
Больше не будет сражения. Осталось только найти силы не упасть.
— Брось, Байзен, — начал Алекс, переводя дыхание. — Таким трусам, как ты, никогда не управлять кораблём. Вонючий трюм — самое то для тебя, там будешь руководить. Крысами, какой оказался сам. Если, конечно, остальные ребята не проголосуют тебя повесить.
Алекс услышал одобрительные крики и слегка повернул голову. Рядом замер Эрик.
— Сдохни, демон! — Решив, видимо, что лучше быть убитым в бою, чем повешенным, Байзен собрал всю злость и кинулся вперёд. Эрик отбросил боцмана одним ударом — тот судорожно захрипел, хватая воздух и держась руками за горло. Алекс сощурился: корсакиец хорошо знает, куда бить.
Теперь союзник, а не враг? Надо же, какая ирония.
— Вниз его, — сипло приказал Алекс и повернулся к остальным мятежникам. Матросы подхватили стонущего, им пришлось порядком напрячься, чтобы оттащить потяжелевшего боцмана с верхней палубы.
Но Байзену хотя бы хватило смелости на отчаянный бросок. Остальные восемь жались на баке, окружённые недружелюбными моряками. Оборванные, побитые, не знающие, что делать дальше. Жалкое зрелище. В живых остались Джофф, раненный в плечо, и четверо «парней с бака», всё ещё сжимавшие в руках оружие.
— И как только пара недоносков сумели собрать такую грозную армию? — Алекс прошёлся, прихрамывая. Матросы расступились. — Грозная кучка оборванцев, решивших прибрать к рукам чужое добро.
Раздались смешки. Матросы поняли, что сделали правильный выбор и теперь праздновали победу. «На реи предателей!» — закричали одни. «И пропустить под килем пару раз,»— мстительно советовали другие. Хами, коротконогий солдат, бессильно заскрипел зубами. Джофф ещё крепче сжал рукоять топора.
— Это из-за тебя, капитан, погибли наши парни! Это ты принёс несчастья на борт, взяв в команду черноглазого, бес он проклятый! — ожесточённо выкрикнул бритоголовый, кивая в сторону Эрика. — C самого начала рейса всё шло не так!
Эрик недобро наблюдал за сценой, стоя неподалёку от Алекса. Даже среди тех, кто сражался с мятежниками, послышались одинокие одобрительные выкрики.
