Алекс упал на колено, безнадёжно ощупал пульс. Мёртв. Только голубые глаза распахнуты навстречу буйному небу. Ничего не изменить. Марвин… твой отец этого не простит. И ещё одна потеря на этом проклятом пути в ивварскую столицу. Да что б их всех! Алекс ударил кулаком по палубе, заново сдирая его до крови. Будто неведомые силы заставляют платить немалую цену за самонадеянное стремление изменить мир!
— Боцман, — тяжело вздохнул над головой Мейк. — Ударил в спину, никто даже не думал…
Алекс прикрыл глаза погибшему парню и встал. Вздохнул и приглушённо отозвался:
— Мне нужны карты.
У трапа на шканцы Алекс заметил Эрика рядом с Джейной. А ведь предупреждал к нему не приближаться! Алекс молча встретился взглядом с марсовым. Чёрные глаза смотрели на редкость серьёзно и без малейшей насмешки, а на смуглой коже расплывались кровавые брызги, как и у большинства оставшихся в живых верных матросов. Только без колдовства явно не обошлось.
Он — маг до кончиков пальцев, привыкший, похоже, пользоваться силами так же как дышать. Интересно, каково это?..
— Ты понимаешь, чем нам это грозит?
Если они придут в порт в ближайшие три-четыре дня, Серые наверняка почувствуют следы этой магии. А там возникнут претензии и к нему, даже если самого Алекса прощупать им не удастся.
Эрик только изогнул бровь и пожал плечами. Уверенности ему было не занимать. Зато Джейна переводила взгляд с него на Алекса, но ничего не говорила, только вжалась сильнее в стенку.
— Это теперь не имеет значения, капитан, — приглушенно отозвался Эрик. — Вы и сами знаете. К чему разговор? Нам придется выждать, прежде чем идти в порт.
Теперь они обсуждают план, как избежать Серых, точно они с Эриком напарники. И на миг Эрику действительно хотелось поверить — так он был непохож на себя обычного, никаких издёвок, сама серьёзность. Общий враг объединяет?
— У меня нет больше времени, — отрицательно качнул головой Алекс. — Мы придём так быстро, как сможет довезти нас «Ясный».
Алекс позвал Яниса и приказал отвести Джейну наверх, пропуская мимо ушей робкие возражения и какие-то вопросы. Оглянулся на Мейка и увидел, как тот безуспешно пытался зажимать свою рану на груди, но кровь продолжала сочиться сквозь пальцы.
— Пойдём-ка найдём Раймонда, друг. А то ты зальёшь мне всю палубу своей кровищей.
Мейк невесело хмыкнул, но спорить не стал.
Врача они нашли в его каюте. Тот будто спал беспробудным сном. Как будто не было никакого мятежа, никакого кровавого боя в паре шагов от его каюты. Алекс попытался привести его в чувство шлепками по щекам, но Раймонд даже не среагировал. Тогда Алекс вытащил из подставки жестяной графин с остатками воды для умывания и щедро плеснул ему в лицо. Это подействовало: врач мотнул головой и наконец открыл мутные глаза, близоруко щурясь.
— Ради всего святого, кириос, что… Капитан, вы живы…
Алекс отбросил графин в сторону.
— Принимайся за работу, у тебя её теперь будет немало. Думаю, до самого Иввара не отдохнёшь.
Раймонд никак не мог сообразить, что происходит. На его столе разлилась мутноватая жидкость. Алекс принюхался, провёл пальцем и наконец всё понял. Это опиумная настойка, которой, видимо, Раймонд пытался и его боль унять. Но явно перестарался. Если бы не это, Алекс очнулся бы раньше. И быть может ничего не случилось бы!
— Ты опять?.. Ты обещал мне! — Алекс схватил его за ворот рубахи и потряс, приводя в чувство. — А ну очнись уже! Помоги Мейку!
Помощник тяжело опустился на стоящий у стола табурет, а Раймонд убрал с лица мокрые волосы и встряхнулся.
— Алекс, я…
— Молчи. И просто делай, что должен.
Алекс сам из последних сил опёрся о переборку и наблюдал, как суетливо и неаккуратно врач принялся рыться в бинтах и стеклянных колбах.
— Сейчас, сейчас, — торопливо бормотал он. — Мне бы и вас осмотреть, кириос, я думал… Чудо, что вы вообще пришли в себя. Пришлось зашивать жуткую рану, вы потеряли слишком много крови. И эта лихорадка…
Алекс покачал головой, а потом не выдержал больше стоять и бессильно опустился на край койки.
— Не в этот раз. Сейчас мне в первую очередь нужен помощник, целый и здоровый. И если выбирать между ним и любым другим — я выберу его. И даже не тебя, демонов ты травник, слышишь? — беззлобно махнул он рукой на врача, на что тот только опустил голову. — Не тебя…
Захотелось на миг малодушно забыться, напившись какой-нибудь дряни вроде той, которой накачался сам Раймонд. И забыть всю боль. И не физическую, а вечную, ноющую, сострадающую боль ко всем, кто был вынужден отдать свои жизни в бою.
За него и вместо него.
Алекс прикрыл глаза, вспоминая себя прошлого, после отставки из флота. Когда его выкинули из привычного состояния борьбы в удушающее тепло безопасной, бесцельной жизни. Как хотелось тогда снова ощутить бурю в собственной душе и бурлящую кровь. Жизнью движет вера в своё дело, ярость и страсть, думал он тогда. Когда вся команда в абордажном бою схлёстывалась с врагом, когда все они были одним целым, как мощь каждого его солдата вливалась в него самого, усиливая стократно. И это пьянящее чувство всемогущества не так просто было забыть.
