– Ты не понимаешь, – взмолилась она. Она хотела увидеть его лицо. Лицо убийцы своей матери. Она хотела снять с него кожу, прежде чем пойдет ко дну вместе с этим кораблем. – Этот пират, так называемый Роув, убил мою мать! Я не стану прятаться от него. У меня есть право встретиться ним лицом к лицу, прежде чем я умру.
Кейн внезапно остановился и поставил ее на ноги. Обеими руками он держал ее за плечи, слегка присев, чтобы их глаза оказались на одном уровне. Приблизил к ней свое лицо и посмотрел так пристально, будто она была загадкой, которую он силился разгадать.
– Роув убил твою мать, – повторил он, вздернув брови. – И что ты собиралась сделать, встретившись с ним? Вызвать на дуэль? Подкрасться сзади и ударить мечом, которого у тебя нет, в спину? – он кивнул на меч, который упал на палубу.
Подбородок Лорелеи задрожал. Она молчала, понимая, что он прав.
Блэкуотер вздохнул.
– Я понимаю, каково это, когда в твоей душе кипит жажда мести. Внутри меня происходит то же самое. Если ты спрячешься и подождешь в безопасности, пока все закончится, я обещаю, что ты свое получишь.
– Получу? Ты хочешь сказать, что нам удастся уйти живыми?
– Я никогда не рассчитываю на поражение в бою. Сомнение ведет нас прямо в объятия смерти. Не знаю, как ты, а я сегодня умирать не намерен.
– Капитан! – крикнул Доан из-за спины Блэкуотера. – Они на подходе! Что делать с порохом?
Блэкуотер оглянулся через плечо и прокричал приказ.
– Насыпь дорожку отсюда к центру палубы, оставь там бочку и прикажи людям укрыться.
– Слушаюсь, – ответил Доан, вышагивая вперед с бочкой в руках. Он вытащил пробку, давая пороху возможность свободно сыпаться на дерево палубы у ног капитана, а затем пошел назад к центру палубы.
Блэкуотер наклонился к Лорелее, закрывая ей обзор, и потянулся мимо, чтобы открыть дверь своей каюты, шагнул вперед, оставив ей единственный вариант – отступить и оказаться внутри каюты.
– Мне придется попросить тебя довериться мне, Лорелея, – сказал Блэкуотер. Прислонившись к дверному косяку, он держал руку на ручке двери.
– Почему я должна это сделать, Блэкуотер? – ответила она вопросом, хотя сама пробралась на его корабль с намерением попросить о помощи. – Моя мать предупреждала: никогда не доверять пиратам.
– Твоя мать была права. Но сейчас, кажется, у тебя есть только я. Запри дверь, – он ушел, не оборачиваясь.
Лорелея хотела было не послушаться. Ей не нравилось снова прятаться от Костяных Псов, но с планом Блэкуотера она согласилась… пока.
Ножи оказывались у нее в руках только для того, чтобы резать морковь, она ни разу не пользовалась ими как оружием. Она поежилась, представив, как сталь пробивает кожу и царапает по кости, и вытерла о штаны вспотевшие ладони. Возня мужчин стихла, Лорелея бросилась к двери, запирая ее с тихим щелчком. Затем нырнула в нижнюю часть каюты, отвела угол бирюзовой шторы в сторону и осторожно выглянула в окно. Корабль казался брошенным. Несмотря на то, что команда была небольшой, не такой, как она себе представляла, было странно не видеть ни души на палубе. Сердце билось так громко, что звенело в ушах.
Костяные Псы мелькнули над палубой на веревках, их тени пронеслись по кораблю, опережая самих пиратов. Когда они приземлялись на палубу с обнаженными мечами, их ботинки звонко цокали.
По крайней мере, десять из них бродили по палубе. Их одежда была чище и больше походила на униформу, чем наряды разношерстной команды Блэкуотера.
Лорелея с замиранием сердца ждала, когда Кейн сделает ответный ход. Потом задумалась, что это могло быть спектаклем и ловушкой, а ее заперли как подарок для Роува.
Что-то привлекло ее внимание. Она не сразу поняла, что именно, пока не увидела, как Блэкуотер присел у двери слева со свечой в руке, затем заметила и брошенный у его ног корпус фонаря. Пламя трепетало на ветру, Блэкуотер защищал его, прикрывая ладонью.
Сердце Лорелеи учащенно билось, она снова взглянула на Костяных Псов. Один мужчина повернулся к двери и посмотрел ей прямо в глаза. Дыхание перехватило, взгляд метнулся к Блэкуотеру, и как раз в этот момент он опустил свечу к пороху у своих ног.
Край черной линии загорелся, пламя побежало вперед, как лодка, уносимая быстрым течением. Пират, заметивший Лорелею, бросился вперед, но он был слишком далеко. К тому времени как он оказался достаточно близко, чтобы затоптать ползущий огонь, тот стал слишком сильным.
Огонь пропал в бочке в центре палубы.
И раздался взрыв.
Вспыхнувшее пламя на месте убило несколько Костяных Псов. Когда части тел полетели в разные стороны, вместе с дымом в воздух поднялось облако крови. Щепки так же разнесло во все стороны, и они находили свое пристанище в спинах, шеях и других частях тел. Это было кровавое и мерзкое зрелище, но Лорелея не могла отвести взгляд. Она считала каждого из Костяных Псов ответственным за смерть матери. Вид их мучений будил в ней глубокое удовлетворение, питал самые дальние и темные уголки души.
