Кейн вышел из укрытия первым, изучая экипажи, вычисляя, мог ли его кто-то заметить. Никто не двигался. Он сделал два шага вперед, держа меч наготове, если понадобится им воспользоваться. Когда пираты не шелохнулись, Кейн поманил Лорелею свободной рукой, и она стремительно подошла к нему. Их товарищи крались среди спавших пиратов.
Две Девы копались в запасах, переходя от бочки к бочке, от ящика к ящику, пока Сыны Анафины рылись в карманах пиратов более высокого ранга, быстро и незаметно.
Кейн повел Лорелею по окружности лагеря. Они прошли перед Роувом, который спал, сгорбившись у валуна. Золотая монета выпала из его рук и валялась на земле рядом. Кончики его усов подрагивали от дыхания.
Глаза Кейна встретились с глазами Борна, когда они приблизились к тому месту, где он сидел. Золотые глаза мальчика, казалось, светились во тьме, пока он наблюдал за Кейном и Лорелеей, как кошка в ночи. Когда они подошли, Борн отчитал их как родитель нерадивых детей, хотя был намного младше их.
– Вы дураки, что явились сюда, – тихо сказал он. – Вы в меньшинстве.
– Поэтому-то, мой друг, – ответил Кейн, – мы и пришли ночью.
– Все равно дураки.
– Нам надо торопиться, – прошептала Лорелея, дергая Кейна за рукав.
– Борн, – сказал Кейн, подойдя ближе. – Идем с нами. Освободись от этого.
Мальчик покачал головой и не двинулся.
– Я не могу уйти. Лента мне не позволит.
– Тогда давай избавимся от нее.
Кейн шагнул вперед и положил руки на ленту, обвязанную вокруг шеи Борна. Бронза обожгла кожу при прикосновении.
– Только магия может снять ее, – Борн перевел взгляд на Лорелею. – Пусть девушка попробует.
– Лорелея? – неуверенно спросил Кейн.
– Во мне нет магии, – тихо возразила Лорелея. – Если бы была, моя жизнь сложилась бы совсем по-другому.
– В тебе кровь Штормов, – ответил Борн. – Конечно же, в тебе есть магия.
Лорелея шагнула вперед, ее щеки раскраснелись, когда она заняла место Кейна позади Борна.
В тишине раздался щелчок взводимого курка.
– Блэкуотер, – прозвучал хриплый голос Роува. – Воскресший из мертвых.
Кейн медленно обернулся, его рука легла на рукоять собственного пистолета.
– Тебе следовало лучше думать, прежде чем не считаться с Блэкуотером.
– Как хлопотно убивать тебя, – продолжил Роув, по-прежнему направляя пистолет на Кейна. – Сначала ты ускользнул от атаки «Костяного Пса» в море. Затем воскрес, хотя я был уверен, что ты захлебнулся в лагуне. И вот, стоишь передо мной. Посмотрим, сможешь ли ты пережить пулю в лоб.
Рука Роува напряглась, когда он спустил курок. Пистолет не выстрелил. Мимо Кейна прошел Борн, на нем больше не было ленты. Кейн оглянулся и увидел, что в руках Лорелеи поблескивает бронза.
– Я… я сделала это, – сказала Лорелея, вцепившись в бывший ошейник Борна. – Я сняла ее.
Борн встал между ними, вытянул руку вперед и, прижав локоть к боку, направился к Роуву, будто сжимая пальцами воздух и бормоча проклятие себе под нос.
– Хватит с тебя разговоров, Роув, – сказал Борн, продолжая двигаться вперед.
Кейн бросил быстрый взгляд на Лорелею, прежде чем последовать за ведьмовским сыном. Остальные втянулись в суматоху, Цилла, Нара, Флинн и Ариус появились с клинками и пистолетами наготове. Спавшие пираты просыпались, протирая глаза, а затем, заметив вражескую группу, хватались за оружие.
– Всем оставаться на месте, – приказал Кейн. – Иначе мы убьем Роува.
Ложь далась легко, потому что больше всего на свете ему хотелось полоснуть лезвием тому по горлу. Кодекс Испытаний удерживал его от необдуманных поступков, но Костяные Псы и Рассекающие Волны были достаточно глупы, чтобы поверить блефу.
Роув стоял неподвижно, его пистолет был направлен вперед. Парализованный магией Борна палец все еще оставался на спусковом крючке. По вискам катились капельки пота.
– Элемент огня в левом кармане куртки, – сообщил им Борн, золото в его глазах вспыхнуло, а губы потеряли цвет. – Карта к Пещере Черепа в правом.
Флинн и Ариус быстро шагнули вперед, порылись в карманах Роува и вытащили серебряный элемент ключа и свернутый пергамент. Прежде чем Борн снимет свое заклинание, и они уйдут, Кейн хотел, чтобы Роув полностью осознал, что его победил тот самый капитан, в котором он сомневался и которого так недооценивал.
Он подошел к нему вплотную и прошептал ему на ухо.
– Когда я буду служить королеве и купаться в большем богатстве, чем ты можешь себе представить, тебя уже не будет в живых. Твои дни сочтены, Роув.
Проходя мимо, он толкнул Роува плечом.
И заметил, что Лорелея не следует за ним. Он резко повернулся и увидел, что она остановилась перед Роувом, ее подбородок дрожал, ладони были сжаты в кулаки.
– Лорелея, – предостерегающе сказал Кейн, делая шаг к ней.
– Он убил мою мать, – резко прошептала Лорелея. – Если я не прикончу его сейчас, то когда?
– Не здесь. Не сейчас.
Она зарычала от разочарования, затем внезапно вскинула руку и ударила Роува кулаком в лицо. Тот хрюкнул, его голова мотнулась в сторону. Лорелея вздрогнула, потирая ушибленную руку.
– Лорелея, – настойчиво звал Кейн, по позвоночнику словно поползла тревога, когда он увидел тьму, мелькнувшую в ее глазах. – Нам пора.
