Она отвернулась и полезла в сумку, вытащила ключ, который забрала на хранение, и впихнула в руки Лорелеи.
– Забирай свой ключ. Забирай свою Корону. Но меня рядом с тобой не будет.
Руки Лорелеи дрожали, пока она наблюдала, как Цилла переносит вес на свою раненную лодыжку, а та подворачивается. Цилла заскулила от боли, но выпрямилась и похромала прочь с высоко поднятой головой.
– Постой, – взмолилась Лорелея. – Цилла, ты нужна нам.
Цилла мрачно рассмеялась.
– Нет. Я никому не нужна.
Проходя мимо, она игнорировала всех, но Флинн схватил ее за запястье, останавливая.
– Цилла… – выдохнул он.
– Мне достаточно одного предателя в жизни, – ответила Цилла, кипя от злости.
Флинн вздрогнул и выпустил ее руку, но продолжал смотреть, пока Цилла хромала к джунглям не оборачиваясь.
– Я иду за ней, – заявила Нара. – Поговорю с ней и заставлю ясно взглянуть на вещи. Она просто расстроена.
– Что сделано, то сделано, – вздохнул Кейн. – А сейчас мы должны добраться до Пещеры Черепа. Приведи ее, если сможешь. Открывать сундук без нее будет несправедливо. Вместе мы сможем решить, кому достанется корона.
– Сделаю все, что смогу, – кивнула Нара. Она развернулась на каблуках и подошла к Флинну, прежде чем отправиться в джунгли вслед за Циллой. – Ты мог бы получше постараться остановить ее, – сказала она. – Судя по тому, как она раньше смотрела на тебя, Цилла прислушалась бы к любым твоим словам, если бы ты попытался.
– Что я должен был сказать? – спросил Флинн, судя по выражению лица, он действительно был сбит с толку. – Я пытался рассказать ей о Роде.
– Нет, идиот! – Нара толкнула его в грудь. – Может, нужно было рассказать правду о своих чувствах к ней? Рассказать, что ты влюблен в нее? Ей было нужно услышать от тебя эти слова.
Флинн выглядел так, будто кто-то его ударил. Он побледнел, а глаза смотрели куда угодно, только не на Нару. Затем он заправил за ухо выбившиеся пряди волос и кивнул.
– Я поговорю с ней и верну обратно. Я втащу ее в пещеру, если придется.
– Хорошо.
Затем он ушел в джунгли, следуя за женщиной, которая могла бы съесть его с потрохами.
– Отлично, – простонал Ариус. – Теперь я застрял тут со всеми вами. – Нара выглядела немного грустной, пока Ариус не заговорил снова. – Ты исключение, дикая кошечка.
Лорелея вздернула брови и посмотрела на Кейна. Он был удивлен не меньше, услышав прозвище, придуманное Ариусом для Нары. Нара развернула карту и прошла мимо Лорелеи, ведя всех вперед. Ариус двинулся за ней, глядя в пергамент и указывая, как лучше пройти к пещере.
Кейн пожал плечами.
– Готова?
Лорелея еще раз украдкой взглянула на джунгли, куда ушла Цилла.
– Полагаю, готова, как никогда, – ответила она. – Но как же Цилла?
– Она… – взгляд Кейна скользнул по джунглям. – С ней все будет в порядке.
Затем они последовали за Нарой и Ариусом, с каждым шагом удаляясь от джунглей. Борн плелся позади, вглядываясь в деревья. Лорелея предположила, что он, возможно, использует некую следящую магию, чтобы обнаружить нежелательных гостей.
– Уверен, Флинн убедит ее вернуться одним своим признанием в любви.
– Что в этом плохого? – спросила Лорелея. – Что не так с признанием в любви?
– В любви нет ничего плохого. Но любить пирата? Опасное дело.
– Но разве любовь не всегда связана с риском? Разве суть не в этом?
– Думаю, и так можно сказать, – тропа спускалась вниз, заставив их замедлить шаг, чтобы не споткнуться. – Но стоит ли идти на любой риск? Особенно если знаешь, что в конце обязательно будешь страдать?
Позади них заговорил Борн, напугав обоих.
– Мама учила меня, что в мире есть три типа людей. Те, кто боится любить, те, кто принимает любовь, и те, кто пытается ее уничтожить.
Перо в ухе Циллы впервые стало холодным. Его кончик будто обледенел и царапал кожу на шее и плече, распространяя холод вверх по уху и щеке. Магия говорила, что она сделала неверный выбор, но к черту магию. Перо знало только о том, что было лучше для его создателя, но не для Циллы. Она понятия не имела, куда направляется, уходя все глубже в джунгли, но знала, что ей нужно уйти как можно дальше от них всех.
Цилла успела почувствовать что-то особенное, что-то новое, что-то, в чем она нуждалась. Она как будто была одурманена, будто все еще парила на лиане. И не смогла предвидеть приближающееся падение, а должна была. Счастье никогда не бывало слишком продолжительным, чтобы успеть им насладиться. Оно было похоже на росу жарким утром, которая исчезает еще до того, как восходит солнце.
Цилла споткнулась о кривой корень, с губ сорвался всхлип. В голове снова и снова раздавались слова.
«Твоя сестра предала тебя. Заключила союз с Домиником Роувом. Она предала тебя».
Должно быть, это какое-то недоразумение. Человек, который научил Циллу лазить по деревьям, драться, быть сильной, когда чувствуешь себя слабой, не мог просто так предать ее. Должно быть что-то еще, спрятанное за туманом. Должна быть другая правда.
Но Цилла знала, что все надежды бессмысленны.
