– Быстро! Где мегафон? – спросил Норман, стал обыскивать комнату, а затем выбежал в кухню. Там он с торжествующим видом достал мегафон из холодильника, куда его спрятала Люси.
Он выскочил на улицу, приложил к губам ледяной громкоговоритель и нажал на кнопку.
– ДЕТИ УИФФИНГТОНА! – его голос эхом отдавался от стен. Из окон и из-за заборов стали высовываться маленькие головы. – ЛЮСИ ПОКАЗЫВАЮТ ПО ТЕЛЕВИЗОРУ! ОНА НАШЛА НАШИХ РОДИТЕЛЕЙ!
Возникла небольшая пауза. Затем Хламскую улицу наполнили шум и гам – дети спешили к дому Люси.
Они ворвались через входную дверь и собрались перед телевизором, чтобы вместе услышать сообщение Люси.
– Это мама и папа! – вскричала Элла, когда Норман вбежал обратно в гостиную, протиснулся через толпу детей, которые сидели на других детях. – Вон они, в толпе, у Люси за спиной! – добавила Элла, указывая пальцем.
Норман сразу их узнал. На них были шелковые пижамы, похожие на пижаму Эллы, с вышитыми на карманах инициалами, а на голове у отца Эллы красовалась огромная шляпа мэра.
– А вон мой папа! – восторженно воскликнул Норман, заметив в толпе своего отца. Его тоже было трудно не узнать, ведь на нем была бойскаутская форма, и он выглядел, как большая и лысая версия Нормана.
Один за другим дети находили в толпе своих мам и пап, бабушек и дедушек. Они даже учителям обрадовались!
– Времени на объяснения почти нет. Вам просто придется мне поверить, всем до одного. Мне нужно, чтобы вы кое-что сделали. То, что не захочет делать ни один ребенок, – объявила Люси в микрофон. Ее голос из телевизора звучал как маяк надежды, а она действовала как прирожденный лидер, призывающий сторонников совершить подвиг.
– Хорошо, я признаю: без взрослых было весело. Мы поздно вставали по утрам, ели что хотели, и даже смотрели взрослые фильмы. Но пришло время встретиться с реальностью. Посмотрите на город. И на себя. – Люси выдержала паузу, но детям Уиффингтона не нужно было смотреть на себя. Они понимали, что Люси имеет в виду. Они знали, что она права. – Всюду грязь. Мы сами – грязь. Пришло время вернуть наших взрослых.
В битком набитой гостиной Дангстонов раздался шквал аплодисментов. Дети вдруг поняли, как они соскучились по взрослым. Как сильно в них нуждались.
– Вот как мы это сделаем, – продолжала Люси. – Вы должны мне помочь. Вам это вряд ли понравится, но это необходимо. Пора нам исполнить свой долг и поставить нужды взрослых выше собственных.
Люси набрала воздуха, надеясь, что кто-нибудь ее видит. Она ведь понятия не имела, что все дети Уиффингтона жадно ловят каждое ее слово.
– Настал момент, когда нужно… ЗАПРАВИТЬ ПОСТЕЛИ!
От ужаса дети заохали и заахали. Хламская улица наполнилась криками паники и негодования.
– Да она спятила, – заметила Элла и покрутила пальцем у виска.
– Ш-ш-ш! – шикнул на нее Норман. – Слушай дальше!
– Знаю, это будет сложно. Но сделайте это не для себя. Сделайте это для ваших мам и пап. – Люси отступила в сторону и камера показала испуганных, уставших, растрепанных взрослых, которых трясло от того, что они съели слишком много сладкого. Стоя за камерой, она продолжила говорить. – Настало время расправить простыни, перевернуть матрасы, раздвинуть шторы и впустить солнце туда, куда оно никогда не попадает… ПОД ВАШИ КРОВАТИ!!! Дети, бегите в свои спальни! – приказала Люси, и по ее команде дети Уиффингтона отправились обратно к своим домам, прямиком в свои комнаты, имея перед собой четкую цель.
– Ура, вы ее услышали! – воскликнул Норман и поспешил вместе с Эллой наверх в спальню Люси.
– Норм-Элла-Трон, соберись! – скомандовал он.
– Что?
– О, неважно. Быстрее, снимай подушки, – сказал он, и сам откинул одеяло и снял простыни. – И раздвинь занавески, – добавил он.
– Занавески? Зачем?
– Люси сказала, что солнце должно попасть туда, куда оно обычно не попадает – под кровать. Именно это мы сейчас и сделаем.
Норман поднял матрас и прислонил его к стене, а Элла отдернула шторы и позволила утреннему солнцу наполнить комнату теплом.
Они стояли рядом и смотрели на половицы под кроватью. Половицы, которые обычно скрывались в тени, в темноте. Теперь на них падал солнечный свет.
Норман и Элла увидели, что освещенный яркими лучами солнца, твердый деревянный пол под кроватью запузырился и зашипел, как ведьмин котел.
– Норман, смотри! – воскликнула Элла, заметив что-то из окна.
Из комнаты Люси они увидели, что во всех домах Уиффингтона раздвинулись шторы. И вдруг пол издал странный звук, как будто под ним что-то рухнуло и развалилось. Норман и Элла отпрыгнули подальше от постели и увидели самою странную вещь на свете, какую им только доводилось видеть. Половицы задрожали, а затем закружились в водовороте. Твердый деревянный пол превратился в воронку, ведущую в другой мир.
– Думаешь, это происходит и во всех остальных спальнях Уиффингтона? – спросила Элла.
– Не знаю. Но я точно знаю, что нам понадобится помощь, – ответил Норман.
– Какая помощь?
– Теперь это спасательная миссия, а мы единственные дети, которые знают о Скрипунах. Мы в ответе за всё, – сказал он.
– Норм-Элла-Трон? – спросила Элла.
– Точно, – кивнул Норман.
