Скрипуны полностью

Элла смотрела на крутящуюся дыру, которая открывалась в полу. Комнату всё сильнее заливал яркий свет.

– Норм, а это что такое? – спросила она, надевая розовые очки в форме сердечек.

Норман глубоко вздохнул и расправил платок на шее.

– Это дорога в Волеб.

Красная лампочка погасла. Трансляция Люси подошла к концу.

– Отличная работа, Люсипупс, – похвалила ее мама, притянула к себе и обняла.

– Неплохо, малышка, – сказал Пирс Снореган, – только больше никогда меня не перебивай.

– А теперь что? – заныл мэр Нойинг.

Он такой же нытик, как и его дочка, – подумала Люси.

– Будем ждать… – сказала Люси.

– Чего ждать?

– Вот этого! – улыбнулась она.

И указала на большой тоннель, по которому она уже спускалась. Тоннель, который вел из-под Уиффингтона в Страну Скрипунов. Где-то наверху падала пыль и грязь – только не вниз, как ты мог бы подумать. Грязь падала ВВЕРХ! Поднималась от пола к потолку, и вдруг до них донеслось:

– топот марширующих детей, ведь звук отдавался эхом по извилистым тоннелям Волеба из их спален в мире наверху.

Внезапно полоса ослепительно-жаркого солнечного света пронзила пол тоннеля, как лазерный луч. Все подпрыгнули и вскрикнули от неожиданности. Мэр Нойинг пронзительно завизжал и спрятался за миссис Нойинг.

– Что же это такое? – вскричала миссис Дангстон.

– Солнечный свет! – улыбнулась Люси.

Затем еще один луч торжествующего солнечного света прорвался сквозь одну из нор в Волеб. Затем еще луч, и еще, пока весь тоннель не оказался заполнен роскошным, теплым и свежим утренним светом.

Стены прогнившего тоннеля стали таять, а утреннее солнце всё выше поднималось на небе Уиффингтона. Его свет проникал всё глубже в тоннель Волеба и наконец упал на прогнившие корни, державшие в ловушке взрослых и Люси.

Один за другим покрытые плесенью зеленые прутья решетки высохли и превратились в пыль, рассыпаясь при малейшем прикосновении.

– Получилось! – закричал Старик Карви. – Мы свободны!

– Не так быстро, вонючки! – прошипел Ворчун, возвращаясь с армией Скрипунов обратно на Главную улицу Страны Скрипунов.

– Ар-р-ргх! Это дневной свет! – завопил Вонючка, глядя, как волшебный теплый свет просачивается из Уиффингтона прямо в их мир, разрушая стены Волеба.

– Она впустить дневной свет, – сказал Царапун, и от ужаса у него перехватило дыхание.

– Эта ребятенка пытается убить нас, Скрипунов! – завизжал Нюхач, и они пригнулись в поисках укрытия, прячась в самую густую тень, какую только могли найти. Остальные Скрипуны бежали в поисках темноты, поспешно исчезая внизу в глубине тоннеля. Но если солнечный свет всё же касался их черных липких спин, поднималась волна зловонного дыма.

– Вперед! – закричала Люси и повела взрослых вниз по тоннелю, чувствуя на коже тепло и мягкое сияние солнечного света. У их ног виднелись сотни нор, которые вели обратно в Уиффингтон.

Она встала возле первой норы, которая уже увеличилась впятеро и продолжала расти, по мере того как солнечный свет уничтожал гниль Волеба. Люси прикрыла глаза от солнца.

Как только глаза привыкли к свету, она разглядела пятьдесят дружелюбных детских лиц, глядевших на них сверху вниз из ее спальни.

– НОРМАН! – позвала Люси, и ее сердце радостно подпрыгнуло, когда она увидела легко узнаваемый силуэт Нормана в скаутской форме.

Люси увидела, что Норман поднял ее матрас и прислонил к стене, поэтому-то утреннее солнце сумело дотянуться до теней под кроватью.

Солнечные лучи разрушали Волеб. Теперь, когда не было матраса, ничто не мешало им освещать входы в Волеб под каждой детской кроватью.

План Люси работал! Или, говоря по-волебски, всё шло как нельзя хуже.

– Люси, прости, что мы уснули! – крикнул Норман. – Но потом мы увидели тебя по телевизору и сделали всё, что ты сказала. Мы заправили постель, и эта дыра расплавилась!

– Здорово! – похвалила Люси. – Отличная работа!

– Я тоже помогала! – подала голос Элла. – Мы оба это сделали. Мы – Норм-Элла-Трон!

Люси озадаченно заморгала.

– Что?

– Норм-Элла-Трон! – повторила Элла. – О, неважно. Это он придумал такое дурацкое название.

– Мы здесь, чтобы спасти тебя. Надеюсь, за это дадут значок! – сказал Норман. Внезапно из отверстия напротив Люси высунулась длинная веревка, как змея из корзины. На ней через равные промежутки были завязаны узлы, чтобы можно было подниматься по ним, как по ступеням.

Дети Уиффингтона бросали в Волеб канаты сквозь каждую солнечную дыру в полу. Веревок были сотни!

– Норман! Это лучшие узлы, которые я когда-либо видел! Я так тобой горжусь! – воскликнул папа Нормана, разглядывая узлы, и в его глазах сверкнули слезы.

– Спасибо, Норман! – крикнула Люси снизу в мир наверху, и Норман ответил ей широкой улыбкой.

– Взрослые! – сказала Люси, оглянувшись. – Выбирайтесь из Волеба не торопясь. Не надо спешить.

Взрослые явно смутились, но потом миссис Дангстон увидела, как Люси ей подмигнула, и всё поняла.

– Она говорит на языке Волеба! – прошептала миссис Дангстон собравшимся вокруг нее взрослым. – Передайте это остальным!

– На самом деле она хочет сказать, что…