– Есть фильмы, где весь сюжет закручен на тайне, которую скрывает кто-то из героев, – ответила девушка. – И вот что удивительно… Какой бы страшной ни была тайна, какую бы подлость ни скрывала, но человек всегда находит прощение. У Бога, у своей половинки, у друзей. Его прощают даже те, кто должен ненавидеть, потому что не бывает так, чтобы по щелчку пальцев ты вдруг понял, принял и простил. Ну не бывает же! Я не могу простить мужа.
– У него тоже были тайны?
– Я узнала о тайне, когда он был жив. Но сделала вид, что ничего не знаю, что все у нас нормально. Понятия не имею, как долго я могла бы молчать, но Юрку вдруг убили. А его тайна осталась со мной.
Юля шумно шмыгнула носом и отнесла котенка на подоконник, где его ждала корзинка с полотенцем внутри.
– А я винца хлопну! – бодро улыбнулась Юля. – Вы со мной?
– Увы, я за рулем, – отказался Гуров. – Но если уж пошла такая пьянка, то кофе у вас найдется?
Стрелки больших настенных часов на Юлиной кухне двигались к девяти часам вечера. Гуров усталости не чувствовал совсем. Кофе, которым его угостили, оказался превосходным, а разговор, который не прекращался второй час, складывался очень удачно. Та информация, которой поделилась Юля, вообще была подарком с небес.
Перед Юлей стояла бутылка из-под вина. Именно «из-под», потому что вина в ней оставалось на три пальца, не больше. Юля выпила почти все, и у нее не было ни в одном глазу.
– Помните, я рассказывала о том, что от Юрки иногда странно пахло? Не духами, но чем-то очень приятным. Тогда я и начала подозревать неладное.
– Вы еще чувствовали, что от мужа исходит запах спиртного, – напомнил Гуров.
– Точно, точно. И неведомый аромат, и алкоголь. На самом деле убойная смесь.
– А что напоминал тот аромат?
Юля покрутила бокал в руке, создавая внутри винные волны.
– Ваниль. Пудра. И пачули, – перечислила она. – Я когда-то работала продавцом-консультантом в магазине косметики. Там и научилась разбирать ароматы на составляющие. Сладкий такой запах. Иногда так «звучат» кондитерские, но чаще можно встретить тот запах в кофейнях. Вы попробуйте как-нибудь.
– Ну хорошо. Ваниль и пудра – это женские ароматы, верно? – осторожно спросил Гуров.
– Тайна раскрыта, – горько усмехнулась Юлия. – Запах алкоголя, перемены в настроении, сладкие ноты ванили, пропитавшие волосы мужа, его куртки и рубашки. Вывод? Мой любимый муж мне изменял. И я его не простила даже сейчас. Знаете, что я думаю? Мне кажется, мы бы со временем разошлись. Я-то об изменах даже не думала, а он, получается, не терял даром время. Знаете, если бы я тогда его прижала к стенке, он бы раскололся. Но я не стала этого делать. Теперь понимаю, что поступила правильно. Не нужен мне такой груз именно сейчас.
«Между тем Юрий охотно рассказывал про любовницу старым знакомым. – Гуров вспомнил Павла из строительной фирмы «Домик в лесу». – Совсем, видать, отчаялся, если искал совета у друзей детства».
Внезапно Гуров испытал прилив сочувствия к Юрию Санько. Как бы плохо ни отзывалась о нем Юля, Гуров знал о нем гораздо больше. Картина складывалась удручающая. Красавица-жена, новая квартира, даже какая-никакая работа была, а еще ты молод, здоров и что там еще найдется в перспективе у тех, кто только начинает жить? И всего одна ошибка, один неверный шаг в сторону привели к тому, что с работой стало хреново, с алкоголем появились проблемы и отношения с женой, судя по всему, становились все непонятнее. Но самое страшное, что оборвалась жизнь – не тогда, когда было задумано природой, а по чьему-то страшному велению.
– Я вас утомила, – хмыкнула Юля. – Извините.
– Ничуть, – возразил Гуров. – Внимательно вас слушаю.
– А что там слушать? – Юля продолжала вращать бокал, а вино баз устали танцевало по тонкому стеклу. – Я боялась в этом копаться. Не хотела никакой правды. Придумала себе, что мне все кажется, что не нужно обращать внимания на какие-то запахи, которыми не должна пахнуть одежда мужа. А то, что он выпивал… Ну так все пьют. И я вот сейчас пью.
Она неловко улыбнулась и продемонстрировала Гурову пустую бутылку.
– Только вот пью, а оно меня не берет, – вздохнула Юля.
– Вы никому не рассказывали об этом? – спросил Гуров.
– О чем? О вине? – не поняла Юля.
– О проблемах.
– А, да. Почему не рассказывала? Я рассказала Катьке.
– Соседке вашей?
– Ей, да. Посидели с ней, поболтали. Она в принципе была нормальной девчонкой, хоть и истеричкой. Все это здоровое питание, мечты о детях – не мое. Но если не вдаваться, то в остальном она очень даже.
– И что посоветовала Катя? – Гуров понял, что бутылка вина все-таки сказалась на Юлином самочувствии. Язык у нее, конечно, развязался, но речь стала медленной, а мысль, которую она начинала, терялась в пространстве.
– Катька вспомнила, что с Сергеем происходило то же самое, – вспомнила Юля. – Только раньше. И длилось не так долго, как у Юрки. Но такой период у Сергея точно был. Без аромата ванили, правда. Но поведение его тоже изменилось.
– И как это объяснила Катя?
