– Чего «давай»? – возбудился Крячко. – Ты же есть в «Телеграме»?
– Есть, – подтвердил Гуров. – Сто лет туда не заходил, правда…
– Я тебе там парочку видео скинул. Умри, но найди способ посмотреть. А потом созвонимся.
– До утра не подождет? Ночь на дворе, – напомнил Гуров.
– Посмотри, говорю. Потом спасибо скажешь.
Гуров открыл «Телеграм» и, как ни странно, зашел в мессенджер без проблем. Тут же увидел сообщение от Стаса, где было короткое видео. Следом шло другое. Гуров нажал на предпоследнее превью, и видео развернулось на весь экран.
Это был фрагмент записи с видеокамеры, расположенной над подъездным козырьком. Гуров уже наблюдал за тем, что происходит в поле зрения этой камеры, когда Стас просматривал отснятое на Петровке. Тогда Гуров видел последние часы жизни Клавдии Антоновны. Тогда Женя Князева попрощалась с ней, оставив старушку рядом с женщиной в шубе.
На первом видео Гуров увидел уже знакомый пейзаж: косой край козырька с одиноким окурком и небольшую площадку перед подъездом, перед самой дверью. Сначала в дом зашел мужчина, держа в одной руке детскую лопатку. Рядом с ним важно шествовал ребенок лет трех. Отец и сын скрылись из вида. Следующим, кто остановился ровно под камерой, оказался курьер. Он кому-то позвонил и ушел. Скорее всего, перепутал адрес. А вот третьим человеком была женщина в шубе. Та самая, которую Клавдия Антоновна встретила как родную. Женщина явно спешила и, выйдя из подъезда, на мгновение остановилась, посмотрела по сторонам и выбрала дорогу направо. На ходу она поправляла ремень от сумки, который сполз с плеча.
На этом видео обрывалось.
Гуров открыл второй файл. Запись снова запечатлела пустую площадку перед подъездом. И вдруг справа показалась тонкая фигурка. Женщина, ежась от холода в тонкой куртке, на ходу вытаскивая ключи, что-то уронила на асфальт. Гуров поставил видео на паузу – это был скомканный пластиковый пакет синего цвета. Быстро подняв пакет, женщина скрылась под козырьком.
На этом было все.
Гуров понял, что Стас что-то нашел. Но прежде чем что-то объяснять в столь поздний час, он просто сбросил Гурову то, что обнаружил. Гуров еще раз пересмотрел видео. Потом еще раз. Всматривался в каждую деталь, сравнивал даты и время, указанные внизу экрана. Женщина в шубе покинула подъезд в 16:45. А другая, на втором видео, зашла в подъезд через сорок две минуты. Ничего странного, кроме того, что обе сильно торопились. Одна спешила покинуть дом, а вторая очень хотела попасть внутрь.
Гуров сделал скрин с одного видео, поймав наиболее четкий ракурс. Так же поступил и с другим. Теперь он мог сравнивать два неподвижных изображения, на которые «поймал» двух незнакомок. Он знал, что Стас будет ждать его звонка, но не торопился с ним связаться. Хотелось догадаться самому, пусть и не очень удачное время он для этого выбрал.
Гуров совсем забыл о том, что можно бы наконец вызвать лифт. Мотнул головой, пытаясь прийти в нормальное свое рабочее состояние и отвлечься от назойливых и на редкость многочисленных мыслей. Не отрываясь от экрана телефона, он подошел к дверям лифта и нажал на кнопку вызова. «Сяду в машину и тогда уже позвоню на Петровку», – решил Гуров.
Когда двери лифта открылись, Гуров, не глядя перед собой, сделал шаг вперед и наткнулся на что-то мягкое. Гуров вздрогнул и очнулся. Перед ним стояла та самая женщина, с которой он разговорился в магазине.
– Это опять вы? – улыбнулась она.
Гуров посторонился, освобождая проход. Двери лифта закрылись, а он так и остался стоять на месте.
– Вы же сказали, что приезжали сюда по делам, – вдруг вспомнил Гуров.
– И снова вернулась по делам, – ответила женщина.
Она не собиралась уходить. Гуров тоже не двигался. Но двигало им вовсе не чувство внезапной влюбленности. Скорее очень громкий голос внезапно проснувшейся интуиции.
– Ваша фамилия Воронина? – спросил он.
– Да, – ничуть не удивилась женщина. – А зовут Антонина. Когда мы встретились в магазине, я думала, что вы меня узнали. Потом вы спросили, где я живу. И я поняла, что вы меня не помните.
– Я вас действительно не помню. Не я опрашивал соседей. Это был мой коллега.
– Мне казалось, что каждый полицейский должен уметь запоминать все, что видит. Особенно тех, кто проходит мимо места преступления. – В голосе Антонины послышался мягкий упрек. – А что вы здесь делали, если не секрет? В нашем доме снова произошло убийство?
Гуров не понимал, что за игру ведет Антонина. Или это не было игрой? Он был ей интересен, и, прекрасно зная, насколько она может быть привлекательной, соседка Кольцовых и Санько могла пользоваться своим обаянием в собственных интересах. Даже Стас не смог не обратить на нее внимание. Хотя почему «даже»? До появления жены Стас с огромным удовольствием обращал внимание едва ли не на каждую мало-мальски привлекательную женщину.
– Зайдете? – спросила Антонина.
– Какое старомодное у вас имя, – сказал Гуров. – Кто придумал вас так назвать?
– Не знаю, – пожала плечами Антонина. – Но мне оно нравится.
