– М-да. Слабые нынче пошли мужики, – прокряхтел Крячко.
– Мы с прокуратурой решили, что в данном случае не нужно мудрить, – резонно подметил Гуров. – Пойдем классическим путем. Поищем мотив, проверим алиби, покопаемся в связях. Пока что рано говорить о чем-то определенном. Кто избавился от этой парочки – вопрос. Может, их половинки вступили в сговор и устранили супругов. Может быть… все что угодно. Хотя Юлия и Сергей утверждают, что жили со своими супругами дружно.
– А вот их соседка с того же этажа считает, что у нас уже есть некоторые зацепки, – напомнил Крячко. – Эх, Петр Николаевич, видел бы ты ее…
– А что с ней не так? – не понял генерал-майор.
– Дама интересная, – заулыбался Крячко. – Антонина Воронина, сорок восемь лет. Переехала в Москву десять лет назад из Ивановской области. Все стены в доме увешаны полотнами собственного авторства. Рисует, кстати, хорошо, хоть и самоучка. Женщина видная, но одинокая. Собственно, она-то и доложила, что те же Кольцовы часто ссорились. Стены тонкие, говорит, даже подслушивать не нужно было. Лично проверил ее правоту. Пока мы были у нее дома, я слышал, как через стенку Гойда раздает указания своим ребятам. Слышимость там отличная.
– Из-за чего они ссорились?
– Воронина утверждает, что из-за ребенка. Вернее, из-за отсутствия детей. Катя Кольцова хотела поскорее родить, а ее муж Сергей, наоборот, не хотел торопиться. Но договориться они так и не смогли.
– А что происходило за закрытыми дверьми между Юлией и Юрием Санько? – не удержался Орлов. – Об этом соседка не доложила?
– До Санько ей было далеко, это не соседняя квартира, – ответил Стас. – Но про Кольцовых что-то знает, да. Да ну, Петр Николаевич, такие «внимательные уши» есть в каждом доме. Нам это на руку.
– Оно-то вроде и правильно, но только если факты, выдаваемые за правду, не окажутся сплетнями, – напомнил Орлов. – Было уже такое, если мне память не изменяет.
– А-а-а, я понял, о ком ты, Петр Николаевич, – усмехнулся Гуров. – Ложный след, по которому нас направила старшая по подъезду на Большой Грузинской. Помним, помним. Урок на всю жизнь. Но лично я бы не стал исключать из процесса таких «свидетелей». Держал бы неподалеку, чтобы сигнализировали.
– Угу, как эта Воронина, – согласился Крячко. – И все-таки, мужики. Какая же яркая женщина!
– Отставить болтовню, – рявкнул Орлов. – Марш работать!
Сыщики, перемигнувшись, вышли из кабинета начальства.
– Ты сейчас куда? – спросил Крячко у Гурова. Тот ответил:
– Попробую с Юлией Санько поговорить. Может быть, еще что вспомнит.
– Ну да, ну да, – покивал Стас с легкой ехидцей. – И мнение собственное сложить не помешало бы.
– Это да, – не повелся на подначку Гуров. – А ты чем займешься?
– Экспертов потороплю и пробью родственников потерпевших, – пожал плечами Крячко. – Согласись, тоже дело нужное. Ну и попробую круг общения обрисовать – бывшие-будущие, любовники-любовницы, друзья-враги, все в таком духе.
– Не спорю, – кивнул Гуров, набросил куртку и махнул рукой на прощание. Впрочем, так легко покинуть Главк ему не удалось – зазвонил мобильный.
– Лев Иваныч, ты о своих креветках не забыл? – ехидно прозвучал голос эксперта Давыдова. – Они проверены, вечером под пиво даже опробованы. Лежат себе в морозилке и ждут владельца. Между прочим, хороши, рекомендую.
Гуров процедил сквозь зубы что-то не слишком вежливое, но в трубку заметил:
– Половину себе забирай, раз понравились. А половину вечером, если получится, захвачу. Жене отвезу. Спасибо за помощь!
И он наконец выскочил на улицу.
До дома, где произошла двойная трагедия, он добрался достаточно быстро. Все-таки были свои плюсы в отсутствии снега зимой – дороги чистые и относительно свободные.
Юля Санько не удивилась, увидев на пороге Гурова.
– А, это вы, – тихим голосом произнесла она и отступила в сторону. – Проходите.
Вчера Гуров видел девушку мельком, но хорошо запомнил, как она выглядела в тот момент, когда судьба не просто подставила ей подножку, а еще и сломала о свое железное колено пополам. Гуров списал это на стресс, в котором пребывала девушка. И прекрасно понимал, что твердость ее характера, скорее всего, исчезнет бесследно в самое ближайшее время. Обнаружив тело мужа, она безуспешно пыталась его реанимировать, а могла бы, между прочим, и в истерику погрузиться. А потом, увидев бледноликого Сергея Кольцова, встретила еще одну страшную новость – на этот раз речь шла о смерти его жены Кати. Но и это не сломило хрупкую Юлю. Ну раз уж она, а не Сергей, нашла в себе силы вызвать полицию – то кто же из них оказался сильнее?
Но сегодня Юля выглядела иначе. Не такой собранной, как накануне. Не такой мужественной. На ее лице отчетливо виднелись красные припухлые полосы, что являлось верным признаком того, что девушка плакала довольно продолжительное время. Волосы растрепались, а худенькое тело пряталось под мешковатой футболкой, едва прикрывавшей бедра. В таком виде незнакомцам дверь не открывают.
– Вы так всем дверь сразу и открываете? – поинтересовался Гуров. – Обычно задают вопросы типа «Кто там?».
