– Именно так. Сначала таксин должен был разогнать сердце, а затем сбавить сердечные ритмы, понизить кровяное давление и вызвать желудочно-кишечные боли, даже диарею и судороги, воспаление в печени и почках, а это, как я уже говорил, приводит к остановке сердца.
– Ужасная смерть.
– Но зато быстрая, сержант. Учитывая возраст жертвы, смерть, скорее всего, наступила где-то через полчаса.
– М-да… – протянул Ривейро. – Получается, что хотя тот, кто приготовил для доктора Бьесго этот ядовитый отвар, должен был обладать определенными знаниями, нарвать листьев в парке и сварить яд мог любой. То есть не надо за этим обращаться к травнику-специалисту, все верно?
– Да, все верно. Достаточно набрать нужное количество листьев.
– А кто может знать, что это дерево так ядовито? Как вам кажется? Врач? Судебный медэксперт? Ботаник?
– Хороший вопрос. Конечно, специалист в области токсикологии знает все о тисе, но этот яд в наше время не особо используется. Сейчас мы обыкновенно имеем дело с отравлением барбитуратами, лауданумом, инсулином, стрихнином и даже цианидом. Но как раз в Кантабрии он широко известен в народе, его использовали, например, чтобы вызвать выкидыш у скота. А древние воины-кантабры держали его при себе на случай, если вдруг попадут в плен к римлянам. Чтобы покончить с собой.
– Ничего себе! – Все утро Ривейро не переставал удивляться, причем каждый раз все сильнее.
– Вообще-то, – доктор Барсена поднялся, словно давая понять, что разговор окончен, – тис должен быть для вас священным деревом.
– Простите?
– Вы разве не из Кантабрии?
– Да, я родился в Поланко и…
– Ну так это ваше священное дерево, ваш символ, сержант. Тис славится своим долгожительством и, по преданиям, символизирует бессмертие. Он может прожить тысячу пятьсот лет.
– Но его яд вызывает немедленную смерть.
Гаэль Барсена улыбнулся:
– А его кора с таксолом, например, является мощным противораковым препаратом. Почти у всего есть обратная сторона, сержант.
– Ваша взяла. Священное дерево Кантабрии, значит…
– Вот именно. Надеюсь, что смог вам помочь. По остальным вопросам обращайтесь к моей коллеге – сеньорите Кардоне.
– Разумеется. Большое спасибо за помощь, доктор. Только один вопрос, раз уж вы, как я понял, разбираетесь не только в медицинских свойствах тиса, но и, скажем так, в его культурных особенностях. Я имею в виду восприятие дерева в народе. По вашему опыту получается, что его использовали только тут, в Кантабрии? Понимаете, нам нужно выявить личность преступника, и очень важно установить географическую привязку, место его происхождения.
Доктор Барсена задумался.
– В исследованиях, которые я изучал, говорилось об использовании тиса в качестве яда на севере полуострова, в особенности в Кантабрии, и чуть реже в Астурии. Там это скорее символ, нежели орудие смерти. В День всех святых, например, в Астурии принято относить усопшим ветвь тиса, чтобы те могли найти дорогу в Чертог теней.
У Ривейро возникло такое чувство, будто он слушает упрощенную и испанизированную версию “Властелина колец”. Чертог теней? Древо бессмертия? Почему он сам не знал, что тис – священное дерево в Кантабрии?
Он уже собирался попрощаться с доктором, когда тот вдруг словно вспомнил что-то важное.
– Сержант, и еще кое-что.
– Слушаю вас.
– Англичане тоже почитают тис. По крайней мере, почитали в прошлом. В Средние века это дерево почти исчезло, потому что его древесина шла на корабли. И сама по себе первоклассная древесина, а к ней еще и прилагаются легенды о вечной жизни. Думаю, вашему расследованию это вряд ли поможет, но мне вдруг вспомнилось. Кстати, все изученные мной работы про тис были написаны англичанами.
– Вот как. Ну спасибо большое. Может, нам и пригодится.
Перед мысленным взором Ривейро тотчас предстал Оливер Гордон. Он как раз англичанин, а убийства начались после его прибытия в Суансес. Факт налицо. Конечно, на вечер вторника, когда был отравлен доктор Бьесго, у англичанина имеется алиби – он встречался с адвокатом, а потом находился у них в отделе. А если у него есть сообщник?..
Ривейро попрощался с доктором Гаэлем Барсеной и понял, что Альмудена Кардона ничем не могла ему помочь, так как была по уши в делах, совещаниях, а тут еще конгресс, ради которого доктор Барсена и прибыл в Сантандер. Все это навалилось на нее не только из-за того, что многие сотрудники были в отпуске, но и из-за отсутствия Клары Мухики, главного светила Института судебной медицины. Пришлось бы ждать допоздна, и Кардона все равно не гарантирует, что будут готовы результаты экспертиз, пусть даже некоторые из них были в срочном порядке перенаправлены в частные лаборатории. Кардона не смогла даже предоставить никаких новых данных о вскрытии Давида Бьесго. Только приблизительное время смерти: между половиной девятого и девятью вечера вторника 9 июля.
Сержант вышел из здания и увидел, что зарядил сильнейший дождь, настоящий ливень, а раскаты грома слышались все ближе. Он метнулся в свою машину и достал телефон. Следовало переговорить с лейтенантом Редондо.
