Когда я выхожу на свежий воздух, меня и правда начинает мутить. Я упираюсь руками в стену здания, чувствуя, как внутри все переворачивается, и лишь когда мышечные спазмы утихают, наконец выпрямляюсь и ощущаю, как что-то холодное покалывает мою кожу.
Конечно же, идет снег.
Мое пальто висит в гардеробе, но я бы не хотела за ним возвращаться. Поэтому добегаю до угла здания и выхожу на тротуар.
– Вот так.
Внезапно кто-то набрасывает мне на плечи пальто, окутывая теплом. Я поднимаю глаза и, к своему удивлению, вижу перед собой Нокса. Кто бы мог подумать, что, несмотря на его грубое поведение со мной, у этого ублюдка доброе сердце?
– Почему ты сейчас такой милый? – спрашиваю я, и он смеется.
– На самом деле я поступаю неправильно и причиняю боль своему брату.
– Если я посажу тебя в такси, ты уснешь по дороге домой?
– Хорошо, тогда пойдем пешком, – говорит он, не дождавшись от меня ответа.
Всю дорогу до моего дома он не прикасается ко мне, но остается рядом. А когда я пытаюсь нащупать ключи, которые лежат в кармане пальто, накинутого на мои плечи, выхватывает их из моих рук и открывает дверь.
– Ложись в постель, – говорит он, – я сделаю снимок и отправлю его Майлзу, чтобы он не беспокоился.
По пути в свою спальню я снимаю платье и смеюсь, потому что очень сомневаюсь в его добрых намерениях. К сожалению, я не могу справиться с чулками в сетку и корсетом, от шнуровки которого у меня начинают болеть глаза.
– Уиллоу, – зовет меня Нокс, и я пытаюсь повернуться к нему, но в итоге падаю на кровать.
С моих губ срывается легкий смешок, но в этот момент перед глазами вспыхивает яркий свет фотоаппарата. Вспышка ослепляет меня, и я вынуждена закрыть глаза, пока перед ними не перестают мелькать яркие точки, похожие на звезды.
– Выспись, – советует он.
– Без проблем, – отвечаю я.
Первая проблема – Ронан, мать его, Пирс.
Думаю, это было неизбежно. В какой-то момент Уиллоу решила, что я просто шутил, когда сказал, что она больше не должна подходить ни к одному парню. И вот я в приподнятом настроении приезжаю в «Хэйвен», только чтобы увидеть, что Уиллоу вдрызг пьяна и флиртует с каким-то футболистом.
Конечно, мое настроение сразу испортилось.
Вторая проблема – мой брат.
Я вижу, как Нокс наблюдает за стремительным уходом Уиллоу из бара, а затем направляется к главному входу. Он ныряет в гардероб, находит ее пальто, потому что, конечно же, знает, какое из них принадлежит ей, и уходит, не произнеся ни слова.
Мне приходится собрать всю свою волю в кулак, чтобы не броситься за ним в погоню, однако мое терпение иссякает всего за минуту. Не в силах больше сдерживаться, я выбегаю на улицу и продолжаю бежать, пока не вижу впереди своего брата и Уиллоу. Они движутся достаточно быстро, и я тоже увеличиваю темп, но не намерен их догонять, по крайней мере, пока что. По дороге Нокс почти не прикасается к Уиллоу, лишь изредка поддерживает, когда она покачивается из-за опьянения.
Я знаю, что мы направляемся к ее дому, и меня злит, насколько хорошо Нокс ориентируется в окружающей обстановке. Я следую за ними почти полквартала от бара, и… Замечая меня, он внезапно оглядывается и машет мне рукой за спиной у Уиллоу. Я сердито смотрю на него и отступаю в тень. Меньше всего мне хочется, чтобы Уиллоу заметила меня, хотя, учитывая ее состояние, это кажется маловероятным.
Ему приходится отворить ей дверь, а затем помочь подняться наверх. Я остаюсь снаружи до тех пор, пока не становится слишком холодно, после чего вхожу в ближайшую открытую дверь подъезда, осторожно закрывая ее за собой. Скрестив руки на груди, я ожидаю возвращения брата, а увидев, как самодовольно он спускается по ступенькам, сжимаю кулаки. Он останавливается почти рядом, и, не замечая меня, начинает искать что-то в своем телефоне. Через мгновение мой телефон вибрирует, и, пока я изучаю экран, Нокс стремительно проходит мимо меня в снежную ночь.
Моя кровь кипит.
На снимке Уиллоу улыбается ему так, как никогда прежде не улыбалась мне. Она одета в корсет, который приподнимает ее грудь, а увидев размазанную губную помаду, мне требуется некоторое время, чтобы вспомнить, что это я случайно размазал ее рукой, а не поцелуй моего брата. Волосы Уиллоу слегка растрепаны, а поверх колготок в сеточку, которые эффектно подчеркивают красоту ее ног, она носит обтягивающие черные шорты, привычные для ее танцевальных тренировок.
Неужели она позволила ему увидеть это?
Я все еще очень зол из-за Ронана, но общение с моим братом для нее категорически запрещено.
Я убираю телефон в карман, но как только оказываюсь в ее квартире, кладу его на обеденный стол, снимаю обувь и вешаю куртку на спинку стула. Уиллоу лежит на кровати в той же позе, что и на фотографии, только сейчас она спит крепким сном. Лампа на прикроватной тумбочке все еще горит, а единственное, что она успела снять с себя – это платье и туфли.
