– Проверяешь? – переспрашиваю я.
– Тшш, – он прикасается пальцами к моей попе, заставляя меня замолчать.
Мне даже становится щекотно, когда он проводит ногтями по моей коже. Его лицо находится прямо напротив моей задницы, и я борюсь с желанием отпрянуть от него, но вижу перед собой только стену, к которой можно прижаться.
– Ты возбуждена? – спрашивает он, и мой разум словно отключается.
И это, конечно, не относится к моему телу.
Он издает какой-то непонятный звук, и внезапно я чувствую острую боль в ягодице, но не в той, по которой он шлепал меня раньше. С моих губ срывается низкий стон, когда я понимаю, что он делает. Он только что укусил меня, а теперь зализывает место укуса, а затем кусает снова.
Я вздрагиваю, ощущая, как по моей коже пробегают мурашки.
– Пожалуйста, остановись, – говорю я ему.
Он оттягивает резинку моих трусиков, а затем отпускает, и боль от удара заставляет меня выгнуться. Я поворачиваюсь в его объятиях, автоматически запуская пальцы в его волосы и сжимая их в кулак. Моя голова запрокидывается назад, а в это время Майлз, не отрывая от меня взгляда, проникает пальцем в мое влагалище.
– Майлз… – О черт, почему это так приятно? – Не надо…
Он поднял мое платье до талии, а стринги – лишь тонкая полоска ткани, которая не сможет защитить меня от этого вторжения. Майлз все еще стоит на коленях передо мной, а его голова и плечи скрывают мою нижнюю часть тела от взглядов танцующей толпы за альковом. Но это не значит, что я хочу, чтобы он прикасался ко мне.
У меня в голове все смешалось, но я не думаю, что хочу публично трахаться с Майлзом Уайтшоу.
– Я хочу танцевать, – тихо говорю я, отступая от него. Затем я одергиваю платье и откашливаюсь, стараясь не обращать внимания на жар, заливающий мои щеки. – Они, должно быть, удивляются, куда мы пропали.
Майлз медленно поднимается, и я делаю то, что у меня получается лучше всего – убегаю.
– Повторите, – говорю я, обращаясь к бармену, – только без льда.
Он кивает, и я наблюдаю, как он берет чистый стакан, наполняет его водой, добавляет в нее сок лайма и немного водки. Не так много, чтобы напиток получился крепким, но его аромат будет приятным. Уиллоу уже достаточно пьяна, чтобы не заметить разницу, но должна уже начать приходить в себя. Я больше не позволяю ей пить алкоголь, и теперь постоянно вмешиваюсь в ее жизнь.
Ее глаза закрыты, и она плавно покачивается на танцполе, наслаждаясь одиночеством. Я подхожу ближе, обнимаю ее и подношу край стакана к ее губам.
– Выпей, а потом мы уйдем, – шепчу я ей на ухо, и она, словно птичка, слегка приоткрывает губы и позволяет мне влить напиток в ее рот.
Я кладу руку на ее горло и чувствую, как она делает глоток под моей ладонью. Кажется, мы пришли в клуб совсем недавно, но мое возбуждение не спадает уже несколько часов. Учитывая, что завтра нас ждет целый день учебы и практики, никто из нас не может позволить себе задерживаться здесь допоздна. Поэтому Грейсон и Стил тоже собираются уйти отсюда. Но если быть откровенным, мне просто не терпится вернуть Уиллоу в свою спальню.
Когда наши напитки заканчиваются, я беру ее за руку и увожу с танцпола. Мои друзья следуют за нами, увлекая за собой своих девушек. Забрав их верхнюю одежду и сумки, мы направляемся к выходу.
– Ты отлично танцуешь, – говорит Уиллоу, опираясь на меня, пока мы идем к машине, и я улыбаюсь ей в ответ.
– Правда?
– Если бы я знала, то, возможно, танцевала бы с тобой чаще, – вздыхает она.
Я не реагирую на это высказывание, возможно, потому что мои представления о происходящем не соответствуют действительности. Даже мысль об отношениях Уиллоу с моим братом разделяет нас, словно огромная пропасть. Но сейчас я не хочу об этом думать. В этот миг существуют лишь я и она.
Я сажаю ее на пассажирское сиденье и осторожно веду машину к дому. Наш дом – это место с особенной атмосферой. Он всегда был полон друзей и веселья, однако в последние полтора года здесь все чаще стали появляться женщины. Сначала это была Вайолет, затем Аспен, а теперь я привожу сюда Уиллоу. И давайте не будем вспоминать, что раньше она входила в этот дом в качестве гостьи Нокса.
Недавно из нашего дома съехали Эрик, который окончил университет, и Грейсон со Стилом, решившие жить со своими девушками. В скором времени их место заняли Финч и Родригез, и в целом все идет согласно плану, который мы с Ноксом разработали. Однако без Стила и Грейсона жизнь в нашем доме уже не будет прежней.
Мне нравится, когда наш дом полон гостей. Это напоминает мне о моем родном доме и о праздниках, когда все родственники собирались вместе и оставались ночевать. А в обычные дни к нам приходили друзья – мои и Нокса. В детстве наш дом никогда не пустовал. Поэтому, безусловно, я стремился воссоздать подобную атмосферу и здесь.
