Но когда я закрыла глаза, передо мной возник образ его отца, схватившего меня рукой за шею. Поэтому я через силу открыла их и позволила своим мыслям вернуться к Дейкру.
Они неизменно возвращались к нему.
– Рен, – позвала я, но даже звук моего голоса не сдвинул ее ни на дюйм.
Стук не прекращался.
Я отшвырнула в сторону подушку и спустила ноги с кровати. Комната была тускло освещена единственным фонарем. Он горел у нас за окном, отбрасывая на стены пугающие тени.
Я обхватила себя руками, чтобы укрыться от морозного воздуха. По коже побежали мурашки.
Спотыкаясь, я подошла к двери и рывком распахнула ее, чтобы остановить настойчивый стук.
Рука Дейкра застыла в воздухе. Я нахмурилась. Утро было еще слишком ранним, чтобы с ним разбираться.
Я прислонилась к дверному косяку и поймала его яростный взгляд, скользнувший по моей мятой рубашке и босым ногам. Он неодобрительно приподнял бровь.
– Ты всегда открываешь дверь вот так?
– Что? – выдохнула я, указывая на окно. – Предположу, что солнце не взошло, поскольку свет от фонаря такой же тусклый. Извини, но я не успела привести в порядок волосы, прежде чем открыть дверь.
– Я говорил не о волосах.
Взгляд Дейкра упал на мои ноги и задержался там слишком надолго.
Мои щеки зарделись. Я опустила руки и одернула край рубашки, едва доходившей до середины бедра.
– Ну, я не ждала посетителей, – огрызнулась я, чувствуя, как меня одолевает раздражение.
Он не ответил, но и не стал отводить глаза от моих обнаженных бедер. Я фыркнула.
– Тебе что-то нужно или я могу вернуться в постель?
– У тебя все так плохо с тренировками, что сон – непозволительная роскошь.
– Какой же ты осел.
Наконец он посмотрел мне в глаза.
– Ты мне уже это говорила.
– А еще я вроде бы говорила, что найду кого-нибудь другого, кто будет меня тренировать.
Он прислонился к дверному косяку, не сводя с меня пристального взгляда.
– И как успехи?
– Меня будет тренировать Рен.
– Нет, не будет.
Низкий голос Дейкра звучал угрожающе спокойно. От этого зловещего тона по моей спине пробежали мурашки.
– Одевайся. Жду тебя на тренировочной площадке. Начинаем в десять.
Он не стал дожидаться моего ответа, а просто отвернулся и пошел по коридору, как будто я не посмела бы ослушаться его.
Я наблюдала за тем, как он уходил, и сжала кулаки, смотря на него. Какая наглость с его стороны – думать, что он вправе контролировать все аспекты моей жизни!
Так проходила моя жизнь с отцом, и я от него сбежала.
Хотя Дейкр не проявлял ко мне такой же жестокости, как отец, здесь я точно так же оказалась в клетке. Я по-прежнему находилась под контролем.
Я закрыла дверь и бесшумно оделась, и все это время мой гнев нарастал. Я натянула сапоги и вложила в ножны кинжал, а Рен и ухом не повела.
Когда я добралась до тренировочного зала, Дейкр уже был там, в тускло освещенном помещении. Он стоял со скучающим выражением на лице, скрестив руки на груди. При виде него у меня закипела кровь, но я обуздала гнев, сделала глубокий вдох и настроилась сохранять спокойствие.
– Наконец-то.
Дейкр оттолкнулся от стены. Его голос сочился высокомерием.
– Здесь же никого нет, – сказала я, выгнув бровь и даже не пытаясь скрыть раздражение. – И все еще темно.
– Тренироваться здесь мы не будем, – ответил он, не глядя на меня.
Он прошел в глубь пещеры, где у стены было сложено разнообразное оружие, и я последовала за ним.
– Что?
Дейкр взял лук и протянул его мне. Я взяла его, не успев ничего сообразить.
– Ты слишком медлительна с кинжалом и в рукопашной схватке. Если ты намерена хоть как-то помочь восстанию, тогда мне надо дать тебе возможность проявить себя в бою.
Если я была намерена помочь восстанию… А не пережить его.
Шея по-прежнему болела от руки его отца. Но я знала, что, глядя на меня, ему было ничего не разглядеть за синяками.
– Сними жилет и заткни кинжал за пояс.
– Что?
Я взглянула на него и только сейчас заметила, что на нем не было ни жилета, ни всего того вооружения, которое он обычно носил с собой.
Он выглядел таким
– Можешь хоть раз сделать то, о чем я прошу, не задавая вопросов? – проворчал он, не отвлекаясь от выбора оружия.
– Конечно.
Я стянула жилет через голову, а затем вытащила кинжал и засунула его сзади за пояс, как он велел. Я чувствовала себя голой без уже привычной тяжести жилета на груди, но перекинула через плечо лук, доходивший мне до бедра, и глубоко вздохнула.
Тяжесть оружия, упиравшегося в спину, казалась непривычной, но я встретилась взглядом с напряженными глазами Дейкра.
Он подошел к груде стрел и выбрал одну, внимательно ее рассмотрел, а затем положил в колчан вместе с остальными.
– Для стрельбы из лука требуется терпение и точность. Зато с ним тебе удастся выиграть больше времени, чем с любым другим оружием.
Я кивнула, хотя была уверена, что обращаться с луком буду настолько же плохо, как и с кинжалом. Я провела пальцами по толстой тетиве у себя на груди. Она казалась такой простой и в то же время такой замысловатой.
Дейкр перекинул колчан через плечо и махнул мне, чтобы я шла вперед, в глубь пещеры – туда же, куда его отец повел нас днем ранее.
