– Ты хочешь сказать, что там, на берегу, я видела русалку? – засмеялась Ула. Вот уж книжки книжками, а ей не три года, чтоб верить в сказки.
– Мы предпочитаем называть себя прибрежными людьми! И далеко не у всех из нас есть хвосты! – фыркнула Арсоль и с шумом захлопнула книгу. – Думаю, ты сама без труда разберёшься, которая ветвь тут твоя, а мне пора, – медсестра встала и одёрнула халат.
– Моя ветвь? – переспросила Ула.
– Всё, что с тобой случилось, и подарок тоже – это не случайность, Ула. Джим Сорланд приехал для того, чтобы пригласить тебя в Корнуфлёр.
У Улы голова пошла кругом. Все эти прибрежные женщины, волки, книжки, таинственный Джим Сорланд, который собирается пригласить её в какую-то там школу, – почему всё произошло с ней и почему всё произошло разом? Ула решила дослушать Арсоль до конца. Вдруг это всё же розыгрыш, и они в конце концов вместе вдоволь посмеются.
– Расскажи про остальные ветви!
Арсоль, казалось, только того и ждала, она села обратно на кровать.
– Сорланд будет очень зол, – хмыкнула медсестра, и в её глазах заиграли весёлые искорки. – Но он давным-давно должен был рассказать тебе всё сам, а вместо этого пропадает не пойми где. Поэтому, будем считать, я делаю ему одолжение!
Медсестра устроилась поудобнее и продолжила:
– Символ твоей ветви – глаз. Видеть то, чего не видят другие, заходить туда, куда остальным не дано, перемещаться между слоями, из которых состоит этот мир, – вот что могут люди из твоей ветви благодаря своим тотемам. Но не у всех оборотней тотемы – волки, как у тебя.
– Оборотней?! – Ула прямо-таки выкашлянула это слово.
– Подумаешь, такое же бестолковое прозвище, как и русалка! Только вот вы сами себя так называете, – пожала плечами Арсоль. – Не бери в голову, ты гораздо больше, чем придуманные кем-то слова. К тому же это вовсе не означает, что ты в полнолуние обрастаешь шерстью и кидаешься на людей. Я вот, к слову, тоже никого не утаскиваю за собой на дно и не топлю корабли. Вот круг, – показала Арсоль на следующий рисунок. – Символ ветви ведьм. Ведьмы, в отличие от оборотней, видят все слои постоянно. Могут, конечно, и не видеть, если не хотят, но чем опытнее ведьмы, тем лучше они знают, куда и как смотреть. Вас на уроках будут учить, как перемещаться по слоям, а их будут учить, как больше видеть. Ведьмы не могут ни в один из слоёв попасть, они привязаны человеческим телом, как якорем. А вот оборотни, благодаря своим возможностям, на протяжении многих веков путешествовали куда хотели, и жилось им, надо сказать, неплохо. Ведьмам же, впрочем, как и всем остальным, оставалось только ходить пешком или скакать на лошадях. Довольно долгое время это ведьм раздражало. Между нами, их всегда раздражают способности других ветвей, и они из шкуры вон лезут, чтобы заполучить то же самое при помощи заклинаний. В общем, когда ведьмам надоело тратить драгоценное время на хождение пешком, кто-то из них, я, честно, уже не вспомню кто, придумал резать дыры и проходить насквозь туда, куда им больше всего было нужно. Ну и шуму тогда наделало это открытие! Назвали его Дырявой революцией. Ведьмы стали путешествовать куда вздумается, а заодно за символическую плату открывать такие проходы всем подряд. Сайны, конечно, заметили что-то неладное. Представь себе, был человек, раз – и исчез. Им это, надо думать, не понравилось, а нам, вместо того чтобы жить припеваючи, пришлось долго скрываться. Потом, когда ведьм и это достало, они придумали, как расширить эти дыры до невероятных размеров, чтобы в промежуток между здесь и там поместились целые города! Круг символизирует самое главное достижение ведьм, весьма тщеславно, я тебе скажу, но без этого мы были бы разобщены и бездомны.
– К какой из ветвей принадлежит Джим Сорланд? – спросила Ула, разглядывая рисунок.
– Вот к этой, последней, – Арсоль ткнула пальцем в нарисованный клык. – Они называют себя ветвью истинного познания. Хотя чего ещё ожидать от высокомерных вампиров!
– Вампиров?!
– Тише ты! – рассмеялась медсестра. – После того как мы выяснили, что ты оборотень, а я русалка, – на слове «русалка» Арсоль театрально закатила глаза, – тебя ещё что-то удивляет? Да, твой будущий учитель истории – вампир.
– То есть он пьёт кровь?
– Вампиры пьют кровь, – Арсоль пожала плечами как ни в чём не бывало. – Совсем другой вопрос – зачем они это делают.
– Сколько же ему лет?
– Сорланду? Лет сорок пять, а может, и побольше. Он хорошо сохранился.
– То есть он стал вампиром недавно?
– Омни нельзя стать! Сорланд родился вампиром, так же как его родители, рос, взрослел, потом стал стареть, потом, наверное, когда-нибудь умрёт. Лет эдак в сто пятьдесят. Мы дольше, чем сайны, живём. Наверное, оттого, что не болеем.
Ула не знала, чего ещё ждать, сюрпризы всё не заканчивались и не заканчивались.
