— Это все же зараженные — да, они не люди уже, но и не мертвецы. Это какая-то болезнь, перехватывающая управление у мозга. Вроде бешенства. Мертвяки менее уязвимы, чем живые обычные люди, раны им нестрашны, даже от огромной дырки в груди они не подохнут, но при этом у них идет кровь, и они могут умереть от ее потери, — Тимирязин выдал с крайне умным видом эту фразу. — Я тогда еще подумал, что, раз кровь идет, значит, можно их вылечить.
— Слушай, парень, а ты часом не адвокатом был, а? — Вова просто-таки сочился сарказмом. — Ну или, может, права мертвяков начнешь защищать? Только не забудь у клиентов доверенность на предоставление их интересов в суде взять. Лекарство для мертвяков только одно — пуля в голову.
— Владимир, вы не понимаете! Если это — зараза, то все эти люди просто больны и не виновны в том, что их поведение таково. Надо их спасать, лечить, а не стрелять в них.
Этот придурок нес чушь про спасение зомби с таким идиотско-пафосным видом, что сразу становилось понятно, о чем он будет вещать дальше. И я не ошибся.
— Нужно срочно оповестить всех! Нужна комиссия, занимающаяся расследованием массовых убийств, нужен фонд помощи заболевшим, нужна еще…
Я перебил этот фонтан красноречия: «И, конечно же, главой подобной комиссии должен стать ты, как тот, кто первый это заметил, да?»
— Ну… а почему бы нет? Всем вам ведь нет до этого дела, но если я прав и можно вернуть им человеческий облик, то мир вернется к своему прежнему состоянию!
— Угу. Хочешь, скажу, что будет? Большинство просто пошлет тебя на хрен. Кто-то послушает, назовет психом и даст тебе по морде. А если ты окажешься слишком уж убедителен перед кем-то, кто уже заполучил власть и силу, то тебя просто замочат, чтобы ты точно молчал.
Он опешил.
— Как это «замочат»? Это же нелогично. Ведь мы можем вернуть все как было, будет же хорошо!
— Кому хорошо? Тебе? Без сомнения. Мне? Да, возможно. Вове — однозначно лучше. А вот тому же Шеину будет плохо. Он, понимаешь ли, преступлений совершил по нормальным законам столько, что ему в жизни не отмазаться. Смиту в ТЦ, я сильно подозреваю, тоже не слишком твоя идея зайдет: на него повесят самоуправство, порчу имущества и многое другое. Да и как ты собираешься их куда-то там вернуть? Может, у тебя есть лекарство или идеи, где его взять?
— Не, но…
— Нет никаких «но». Как я уже сказал, твой план останется не реализован, даже если у тебя будет лекарство. А его у тебя нет, так что зомби остаются зомби и будут жрать всех подряд. Им, знаешь ли, на теоретические разглагольствования по фиг: им есть охота. А еще, даже если у них идет кровь, это ничего не значит. И что от кровопотери они могут сдохнуть, очень я сомневаюсь.
— Но вот же, глядите…
— Я не хочу лезть к трупам и узнавать, как именно их завалили, но я уверен, они подохли не от того, что запутались. А посему заканчивай разглагольствовать и гляди в оба, чтобы какой-нибудь не очень сознательный постчеловек тебя за задницу не цапнул.
Дальнейший разговор прервался сам собою, так как мы подошли к этому зомби-могильнику чуть поближе и вынуждены были просто бегом бежать оттуда. Стая мух, громадных, жирных, жужжавших, тут же взлетела. Их было настолько много, что крылья подняли гул. Вместе с тучей мух до нас долетел запах — плотный, концентрированный запах разложения и смерти. К такому нельзя подготовиться.
Нам пришлось отбежать метров, наверное, на двести, прежде чем от нас отстали мухи. Эти мерзкие жужжавшие твари набивались в одежду, лезли в рот, уши, глаза. Омерзительное чувство, когда сотни лапок, только что сидевших среди трупов, ползут и щекочут тебя…
— Дилявер, ты знаешь, я бы предложил поискать тачки в другом месте, — Вова поперхнулся и сплюнул под ноги. — Тут не то, что машину взять, а даже находиться-то стремно. А если эту заразу мухи могут переносить?
— Да, я согласен. Мы можем просто выйти на Ленина и добраться до «Груши», там и рынок рядом, и куча тачек всегда припаркована.
— Стремно это все, если честно. А ну как вляпаемся в зомбарей? Пешком от них удрать сложно будет, город будто вымерший — стрельбу будет очень хорошо слышно. И черт его знает, кто на нее припрется. Не хотелось бы с «воронами» сталкиваться!
— Ну, можешь предложить идею получше.
— М-м-м…нет. Но и твоя — это не вариант, потому что слишком уж рискованно.
Тут не выдержал и вмешался я.
— У меня есть. Мы сейчас примерно в середине квартала «Алчак»? А что у нас на самом его левом краю, а?
— Отель? Ресторан? Пляж? Жень, не умничай, а пальцем покажи.
— МЧС города Приморск там, вот что. Туда по расстоянию столько же, сколько до «Груши». Вот только идти мы будем не по уставленной домами улице Ленина, где, мягко говоря, некуда спрятаться, а по улочкам, которые пересекаются друг с другом каждые двести метров, и зажать нас там не сможет даже десяток машин: мы просто уйдем через заборы. Да и зомбаки там тоже не так опасны, разве что быстрые могут доставить хлопот, но нас куча вооруженных людей, как-нибудь отобьемся.
