Именно так я и поступил, обойдя этот тёмно-коричневый куб. На сторонах не было ни единой маркировки или надписи. Лишь вспомнив о крышке, я подошёл к ней и слегка вытерев неравномерный слой пыли своей ладонью, прочитал надпись написанную, судя по всему, с помощью перманентного чёрного маркера.
«
— Бласс, слушай, — поднялся я с колен. Тот остановился, когда пролистывал очередную закреплённую стопку. — Ты откуда узнал о данном, то есть, об этом, так скажем… м-м… контейнере?
— Недавно, — наконец подал он голос.
— И что же ты тогда ищешь? — слегка наклонился я.
— Письма, — он без видимых эмоций повернул на меня голову. — Мы слали их своим родственникам на других планетах. Думали, что они доходят до них… И даже знание этого могло сделать нас спокойнее… И как ты видишь, всё это оказалось ложью.
Он было хотел продолжить, но я решил вставить своё «я».
— Хм… — я демонстративно приставил руку к подбородку, как бы чеша его. В свою очередь, Блассен посмотрел на меня уже более безликим взглядом. — Как бы тебе выразиться… Это достаточно логично что никто в здравом уме не будет перевозить письма зэков их родственникам. Тем более надо понимать, что зэками являются все в этой колонии. Даже ты, друг мой. — слегка улыбнулся я. — Но точно не я и не Надзор вместе со свободными гражданами нашей Федерации, что находятся в западной части. Вместе с тем, что ты зэк, ты должен также понимать, что это решаемо. — навёл я небольшую паузу. — Я могу помочь вам стать свободными и жить обычной гражданской жизнью, не как сейчас. Вы ведь, являетесь рабами с рождения, ты ведь в курсе?
— Я… — и замолк.
— И так понятно, что нет… — разочарованно выдохнул я, отойдя от него.
Встав возле мирно спящего Марка, я немного потормошил плечо, дабы разбудить. Он неспешно сначала открыл глаза, а после рот. Зевнув, и перейдя в вертикальное положение подал голос:
— А… Майкл… — он тут же нахмурился. — Какого… Почему ты меня разбудил?..
— Важная тема, Марк, важная тема… — спокойно сказал я, и встав между ними скрестил ладони за спиной. — Я предлагаю вам свободную, как я уже сказал, жизнь, со всеми правами и привилегиями в виде проживания на обычной гражданке на территории нашей многосистемной страны.
Повисла недолгая тишина.
— А в этом есть какой-то подвох? — спросил Марк заметно прищурившись.
— Его нет, — честно ответил я. — Вам только необходимо помочь мне.
— Но как мы тебе поможем, Майкл? — вновь спросил Марк. — Убить кого-то или… выкрасть что-то?
— Я предлагаю вам деньги, — невозмутимо добавил я.
— А лучше денег?
— М-м… — почесал я подбородок. — Деньги, свободу и выписку о негодности. — Марк ещё сильнее нахмурился. — Выписка нужна для армии. Вас так или иначе она заберёт, но я могу помочь вам с этим.
Тогда Марк серьёзно задумался над моим предложением, а Блассен… он продолжал смотреть в одну точку, но вдруг что-то для себя решил, и встав с колен поднял крышку от ящика, закрепив её на нём, после чего подошёл ко мне и сказал:
— Я согласен…
— Круто.
— …но вместе со мной полетят мои родственники. Сразу говорю, что по-другому я не соглашусь на твоё предложение.
Ладно, разберусь потом. Проблем я в этом не то чтобы вижу, но сейчас, если промедлю, он может и передумать.
— Ладно, — тут же выдавил я из себя, борясь против собственного желания здесь же настоять на другом. — По рукам, Бласс.
Мы оба протянули правую ладонь. Недолго думая, они сцепились в рукопожатии. То же самое я повторил и с Марком.
Мы подошли к поддону, где на первый взгляд могло показаться, что на нём лежали два трупа покрытые тонкой простынею.
Судя по всему, эти два трупа живы, да и задохнуться они попросту бы не смогли — простынь ведь тонкая. Именно её Блассен ловко и откинул в сторону, открыв картину одной неожиданно ожившей парочки. Тяжело дышащие со связанными руками, ногами и глазами, а также с закрытыми кляпами рты.
Я приказал не трогать их и ожидать моего отца. А ждать его нам пришлось довольно недолго, минут семь с тринадцатью секундами, если быть точнее.
Когда он постучался, я уже мигом стоял возле двери. Войдя, он обыденно открыл ворота одним касанием на пульт, что он достал из ремешка на пуховике.
Ворота распахивались медленно, очень. И только по истечению полминуты нам открылся туннель. За это время я даже успел прихорошиться, надеть шлем и закрепить на нём забрало, вооружиться своими дамами и закинуть в рюкзак всё что мог: от амуниции до сменной одежды.
Потащили мы пленников как в прошлый раз. Большую часть боеприпасов понёс отец, Марк медикаменты, Блассен еду вместе со всем, что используют в повседневной жизни, а у меня же на спине красовались три штыковых лопаты, закреплённых на походном рюкзаке.
Когда мы вошли в тёмную обитель, отец уже успел закрыть и выключить всё что нужно.
Закрылись ворота.
