Сейчас в армии пять-шесть бригад, которые вполне адекватно и эффективно ведут бои в сложнейших городских условиях, на равных воюя с хорошо подготовленными повстанцами, которых тренируют специалисты – и турецкие, и американские, и даже есть информация об израильских.
Среди повстанцев есть те, кто прошел войну в Чечне, в Афганистане, то есть имеют огромный боевой опыт. Это очень-очень серьезные противники.
Сегодня ситуация такова, что практически идет гражданская война между городом и деревней, причем победы не сможет достигнуть ни одна, ни другая сторона.
Важнейшую роль сыграла позиция России. Благодаря которой Асад сумел удержать власть, но отнюдь не свою личную.
Асад – вполне демократичный человек и пострадал не из-за своей тирании, а из желания либеральных реформ, которые привели к чудовищному расколу в стране – так же как и в России в 90-х годах. Только наше население не взялось за оружие, а сирийское взялось за него. Под исламскими лозунгами. У нас не было такого катализатора. В 93-м у нас проиграл Верховный Совет – и схема была та же самая. Но в Сирии есть исламские радикалы, которые не позволяют затухнуть воле к борьбе по социальным мотивам.
Всюду, куда приходит западный либерализм, возникают предпосылки войны, везде возникает ненависть, везде начинает ослабевать государственный суверенитет, везде появляются продажная либеральная буржуазия, завязанная на западные деньги, и обнищавший народ. Это просто универсальная схема.
Сейчас, я думаю, Асад и его союзники сделали правильные выводы. Армейское руководство теперь не сугубо алавитское. Я видел и офицеров – суннитов, христиан, друзов и других.
Сегодня война идет за Сирию как государство многогранной культуры, которым она была всегда.
Благодаря России такая Сирия смогла выдержать первые волны ударов. И у нее хорошие шансы не проиграть. Проиграет она только в одном случае, если будет принято решение об участии авиации НАТО, если Сирию начнут бомбить.
Но тогда война обязательно распространится на Ливан, она примет террористический характер (потому что, я думаю, сирийские группировки начнут отвечать терактами в Европе – почти уверен), и вообще много страшного ждет мир.
Поэтому позиция России сегодня удерживает ситуацию не только в Сирии, но и в других регионах мира от войны и от волны террора.
Обама получает Нобелевскую премию мира. Он сегодня рассуждал о войнах. Рассуждал как-то мутно, как-то непонятно – что, мол, есть какие-то ситуации, когда войны надо вести.
Говорил, что ему жалко тех молодых ребят, которые вынуждены убивать, и тех молодых мирных жителей, которых американская армия в изобилии убивает в Афганистане под видом борьбы с терроризмом.
Убивает людей, которые собираются на свадьбы, на похороны, на разные другие мероприятия.
Ну, ему жалко. Америка, с его точки зрения, была в центре мировых войн дважды в XX веке. Он бы вспоминал лучше не про мировые войны, а про Корею и про Вьетнам. Про те войны, которые американцы вели под идеологическими предлогами.
Вспоминал бы Иракскую войну, вспоминал бы Югославскую войну, которые гораздо ближе к нам и которые гораздо более трагичны и неоднозначны по своим мотивам и своим результатам.
Обама выделил еще в этой своей речи какой-то восторг по поводу своих отношений с Дмитрием Медведевым. И сказал, что наконец-то мир избавлен от угрозы войны между двумя сверхдержавами.
Считаю, что только сумасшедший может верить, что война между сверхдержавами – а Россия не является сверхдержавой, к сожалению, вот уже двадцать лет – была реальна. Она абсолютно нереальна.
И сокращение ядерных вооружений – тут Обама обманул человечество – ни в коей мере не снижают угрозу глобальной войны, тем более с применением ядерного оружия.
В общем, так я и не понял, за что давать Обаме эту Нобелевскую премию, хотя по своим интенциям, по всему тому, что он делает, хочет делать, лично мне он симпатичен.
Он, может статься, славный парень, который пытается изменить ситуацию. Но, однако, многое из того, что Обама обещал, до сих пор не сделано.
Он не закрыл концлагерь в Гуантанамо. Он не отменил в должной мере «Патриотический акт», который нарушает, по мнению многих, американскую конституцию.
Он увеличивает военные контингенты в тех регионах, где, на мой взгляд, пребывание существующих контингентов – безумие в чистом виде.
В мире, в Ираке например, происходят теракты, которые являются прямым следствие американского вторжения в эту страну.
И последний, один из самых жутких терактов в Ираке, в котором погибло больше ста человек, произошел как раз в преддверии обамовской Нобелевской премии мира, которая ему была вручена.
Мне кажется, что, отказавшись от нобелевского ужина с королем Норвегии Харольдом, Обама на самом деле продемонстрировал также и то неудобство, которое он ощущает в связи с этой Нобелевской премией.
Какие к нему могут быть моральные претензии? Он делает тяжелую работу, хотя, на мой взгляд, ошибается.
