Он отложил отчеты в сторону и порылся в бумагах в поисках своей книги регистрации браков. Раз в месяц армия присылала капеллана для проведения бракосочетаний, и сегодня был тот самый день. Первый день бракосочетания состоялся примерно через неделю после основания лагеря, когда было так много пар, желающих связать себя узами брака, что капеллан обвенчал их всех — 191 за один только первый час. Рэймонд понятия не имел, какие цифры будут сегодня, но наблюдение за церемониями было одной из немногих обязанностей, которые доставляли ему искреннее удовольствие. Его сердце тронуло, когда он увидел любовь в глазах пары бывших рабов, которые прожили вместе пятьдесят лет, но им было отказано в праве пожениться, или услышал историю мужчины, который ходил от плантации к плантации в поисках жены, которую у него продали десятилетия назад. В отчете, опубликованном в лагере в Виксбурге, говорилось о более чем трех тысячах браков, заключенных за восемь месяцев. Пятьсот, или одна шестая, из этих пар были насильственно разлучены из-за рабства.
Сэйбл поспешила оформить последние больничные документы, чтобы отправиться на свадебное торжество. В прошлый день свадьбы ее еще не было в лагере, но она с нетерпением ждала того, что Бриджит называла «старым добрым времяпрепровождением». По ее словам, вечером после церемонии должны были состояться выступления скрипачей, танцы и много общения. Сэйбл с нетерпением ждала встречи с майором Левеком. Каждый раз, когда она вспоминала о вчерашнем ужине, перед ней живо вставали воспоминания об ощущении, которое она испытала, находясь в его объятиях. От его прикосновения у нее перехватило дыхание. Она никогда не думала, что поцелуи могут быть такими трогательными, а прикосновения могут обжигать. К счастью, у него хватило здравого смысла, чтобы не дать страсти полностью завладеть ею, иначе вечер мог бы сложиться совсем по-другому.
К тому времени, когда Сэйбл вышла из больницы на площадку возле Дерева посланий, где должны были проходить церемонии, толпа была уже густой. Казалось, что собрались все контрабандисты, и она увидела много знакомых лиц, когда встала на цыпочки, пытаясь найти Бриджит. Она помахала рукой и поздоровалась с теми, кого знала, и спросила, не видел ли кто-нибудь ее подругу. Несколько человек сказали, что да, но никто не мог назвать точное место, поэтому Сэйбл на время отказалась от намерения ее найти.
Оказалось, что там было довольно много пар, ожидающих, когда священник обвенчает их. Некоторые из мужчин были солдатами, которые выглядели элегантно в своей накрахмаленной синей форме. Многие женщины выходили замуж в единственных платьях, которые у них были, но, похоже, это не имело значения. Любовь на их лицах отражала истинную меру их богатства. Это были как старые, так и молодые пары. Многие из них были вместе еще с рождения Сэйбл, в то время как другие встретились и полюбили друг друга в лагере. В довоенные годы некоторые хозяева на родине разрешали своим рабам вступать в брак, но Карсон Фонтейн не был одним из них.
Священником был молодой рыжеволосый мужчина из Бостона по имени Чарльз Дрейер. Они с Сэйбл много раз общались в больнице. Его семья была убежденными аболиционистами из Бостона.
Высокий бородатый Левек стоял рядом со священником, который был пониже ростом, и она не могла на него насмотреться. Он, казалось, почувствовал ее взгляд, потому что отвернулся от священника, посмотрел на толпу и встретился с ней взглядом. Мир, казалось, замер. Он кивнул, и когда она кивнула в ответ, от его пристального взгляда у нее участилось дыхание, а губы непроизвольно приоткрылись. И снова она почувствовала себя обожженной.
Сэйбл не осознала, что Бриджит незаметно подошла к ней, пока не услышала:
— Он действительно потрясающий мужчина, не так ли?
Сэйбл улыбнулась Бриджит, затем перевела взгляд на мужчину, о котором шла речь.
— Да, он такой.
Сэйбл хотела поговорить с Бриджит о его желании сделать ее своей любовницей, но толпа была настолько плотной, что она решила дождаться более уединенного момента.
Бриджит продолжала подпрыгивать, пытаясь разглядеть что-нибудь поверх голов, загораживающих обзор.
— Я ни черта не вижу. Пойдем, поищем место получше.
Они с Сэйбл направились туда, где было поменьше высоких людей, а затем увидели, как первая пара подошла и встала перед священником. Тринадцать пар ждали своей очереди, и Сэйбл и Бриджит просияли, увидев среди них Эйвери и его жену Саломею.
— Я думала, они уезжают, — сказала Сэйбл, когда Эйвери произнес свои клятвы достаточно громко, чтобы их услышал весь мир.
— Церковь в Род-Айленде отказалась их спонсировать, пока они не поженятся. Они уезжают завтра.
Сердце Сэйбл наполнилось гордостью, когда Саломея, держащая на руках младенца Эйвери Младшего, тоже произнесла свое обещание.
Подошли еще несколько пар и поженились, затем появилось любопытное зрелище — мужчина, стоявший перед священником с двумя женщинами.