Застегивая их, он размышлял, как ему объяснить своей любовнице Мюриэл, почему он пропустил вчерашнюю вечеринку по случаю ее дня рождения. Мюриэл до сих пор с пониманием относилась к отсутствию у него интереса к ней после его возвращения домой. Он сомневался, что она останется такой же понимающей, узнав, что он не пришел потому, что он не смог устоять перед своей женой с атласной кожей. Прошлой ночью его любовница была последним, о чем он думал. Только Сэйбл, красивая, соблазнительная Сэйбл, с ее золотистыми бедрами и грудью, отмеченной лунными отметинами, владела его мыслями. Одна мысль о ней — о них — заставила его возбудиться снова. По всем правилам, он должен был передать ее властям, как только увидел. Вместо этого он занялся с ней любовью со всей страстью мужчины, который десятилетиями соблюдал обет безбрачия.
И он хотел еще. Он хотел получить ещё больше ее поцелуев, но, несмотря на то, что он продолжал желать ее, тихий голос продолжал напоминать ему, что она предала его и Союз. К счастью, один из связных Рэндольфа Бейкера, известный провокатор Конфедерации, был перехвачен недалеко от Ричмонда, и бумаги с изложением планов Шермана в отношении Саванны были найдены у него во внутреннем кармане. Мужчина признался, что получил документы от Бейкера, но отказался говорить что-либо еще. Впоследствии он был заключен в тюрьму, но Бейкера так и не смогли найти; армия выяснила, что Бейкер — не его настоящее имя. Согласно документам, настоящий Рэндольф Бейкер из Бостона погиб в Литтл-Раунд-Топе.
Рэймонд посмотрел на свою спящую жену. Действительно ли она была связана со шпионами или стала жертвой обстоятельств, на которые не могла повлиять, как она утверждала? Он не знал ответа, и прошлой ночью ему было все равно.
Но в ту ночь, в лагере, ему было не все равно. После того, как Бейкер ударил его сзади, он пришел в себя на грязном полу, а рядом с ним на коленях стоял очень обеспокоенный Андре. Уложив Рэймонда на койку, Андре осмотрел обшарпанный сундук, нашел мешочек с тонким золотым браслетом внутри. Положив браслет на койку рядом с Раймоном, Андре перешел к бумагам, разбросанным по всему столу. Он установил, что пропали пять подписанных пропусков и инструктивные материалы о марше Шермана в Саванну 15 ноября. Это сообщение еще больше разбередило и без того раскалывающуюся голову Рэймонда, и он понял, что должен сообщить об этом.
Он смог это сделать только несколько дней спустя. Нападение повстанцев на лагерь в ту ночь заставило всех быть слишком занятыми борьбой с конными партизанскими отрядами, тушением пожаров и погребением погибших. При первой же возможности он отправился в Атланту, чтобы подать рапорт армейскому командованию. Там ему сообщили, что из-за значительного ущерба, нанесенного лагерю, правительство планирует закрыть его. Менее чем через неделю после предательства Сэйбл Рэймонд, Араминта и Андре направили своих лошадей на восток, к Морским островам Южной Каролины.
Он остался там, помогая вольноотпущенникам строить дома и сажать хлопок, пока не вернулся домой этим летом. Сэйбл была последним человеком, которого он ожидал встретить здесь, под крышей своей матери.
Натянув мятую рубашку и пиджак, Рэймонд бесшумно вернулся к кровати, где, ни о чем не подозревая, спала Сэйбл. Часть его хотела раздеться и снова забраться под одеяло, чтобы быть рядом, когда она проснется, но рациональная часть его самого требовала сохранять дистанцию.
Он не мог уйти, не поцеловав ее на прощание в щеку. Затем он вышел из комнаты и тихо прикрыл за собой дверь.
Спустившись вниз, он увидел, что его мать сидит на крыльце и пьет утренний кофе с молоком. Она обратила внимание на его помятую одежду, но ничего не сказала по этому поводу. Вместо этого она спросила:
— Доброе утро, Рэймонд. Не хочешь ли кофе?
— Доброе утро, мама. Нет, мне пора идти.
Прежде чем он успел сказать что-нибудь еще, подъехала карета Арчера. При виде брата раздражение Рэймонда усилилось.
Когда Арчер ступил на крыльцо, он бросил взгляд на мятый костюм Рэймонда и спросил, приподняв бровь:
— В каком мусорном баке ты спал прошлой ночью, старший брат?
— Плевать я хотел на твое мнение, сопляк. Скажу лишь одно, держись подальше от моей жены.
— У тебя есть жена… о да, Сэйбл, жена, которую ты, похоже, упорно игнорируешь.
Арчер подошел и поцеловал мать в щеку. Он налил себе кофе.
Рэймонд сказал:
— Больше никаких походов по магазинам.
— Кто будет сопровождать ее в те дни, когда она захочет пройтись по магазинам?
— Это сделаю я.
Арчер начал смеяться. Увидев неодобрение на лице матери, он взял себя в руки, но не смог удержаться от замечания:
— Рэймонд, ты сам-то одеться не можешь, не говоря уже о том, чтобы одеть красивую женщину. Этот костюм — прекрасный тому пример.
— Мне помять тебя таким же образом? — спросил Рэймонд. — Этим утром я от драки не откажусь.
Филипп был уже на полпути к дому, когда его наконец заметили. Он, очевидно, услышал угрозу Рэймонда, потому что протянул:
— Если бы я знал, что он будет здесь, угрожая всем, я бы остался дома.