Арсений покрепче обхватил ствол мачты руками и ногами и стал подниматься. Деревянная часть была шершавой от облупившейся краски, а вот труба была гладкой и холодной, и к моменту, когда он поднялся к самому клотику, у него изрядно озябли пальцы. Закрепив на верхушке мачты веревочную петлю, которая была привязана к широкому поясному ремню, Арсений смог освободить для работы руки и вынул из-за пазухи свернутое полотнище большого красного флага. На одном из краев флага были пришиты крепкие веревочные вязки. Одну из них он привязал к проушине ролика, вторую, спустившись чуть пониже, принайтовал, обвязав сложным морским узлом к трубе. Казалось бы, все, дело сделано, можно слезать. Однако, напоследок, Сеня достал из-за пазухи баночку с машинным маслом и щедро намазал им железную трубу. Теперь подобраться к флагу будет гораздо труднее.
Он уже стал спускаться, когда где-то неподалеку прозвучал винтовочный выстрел. Пуля просвистела возле головы.
– Вот ведь, суки, заметили, – крикнул Сумбаеву Арсений, – давай, старина, уходи, я за тобой следом.
Он очутился на земле и только тогда понял, что его заметил один из часовых на Тигровой сопке и поднял тревогу. Увлекшись работой, Арсений не заметил, как стало светать, и к тому же яркая луна высветила его силуэт на мачте. Слава богу, расстояние было приличное, поэтому стрелок промахнулся. Выхватив из-за пояса револьвер, Арсений стал спускаться вслед за своим товарищем. Сумбаев жил неподалеку, догнав его, Арсений посоветовал пожилому человеку поскорее зайти домой и не зажигать свет в окне. Сам же не пошел домой, а побежал к порту. Он слышал позади себя конский топот и крики: «Держи, держи его!» Грохнуло несколько выстрелов. Арсений, не целясь, пальнул пару раз в сторону раздающихся голосов, чтобы охладить боевой пыл преследователей, и, по известным только местным жителям тропинкам, стал спускаться по крутояру к забору торгового порта. И опять ему показалось, что чуть поодаль на склоне он видел молчаливую фигуру своего ангела-хранителя. Никем не замеченный, он пролез через лаз в ограде и, как ни в чем не бывало, присоединился к своей бригаде.
Ясное солнце осветило вершины сопок. Сеня взглянул на Крестовую сопку и обомлел. Полотнище флага неподвижно висело на флагштоке.
«Неужели запутался флажок, – мелькнула тревожная мысль. – Неужто мы рисковали зря?»
Но в этот момент подул свежий северо-западный ветерок, и полотно протестного флага развернулось и стало реять над вершиной сопки и портом в полной своей красе.
– Гляди, гляди, – раздались голоса. – Красный флаг над Крестовой. Красные входят в город.
Среди пассажиров, готовящихся к отправке судов и белогвардейцев, появление красного полотна в такой близости вызвало оторопь и шок. Испуг и недоумение вскоре сменились паникой и всеобщей давкой. Слух о наступлении красных молниеносно разнесся по городу. Люди выбегали на улицы в исподнем белье, срочно паковали самые необходимые вещи. Кричали женщины, плакали дети.
– Да, акция вышла довольно жестокая, – промолвил Арсений. – Но это будет для белых хорошей встряской. А то по кабакам слезы льют. Так уж они любят Россию. Профукали Отечество. Продали иностранцам, ну так и скатертью дорога!
Чья-то тяжелая рука легла ему на плечо.
– А ты что, Сумбаич, домой не воротился? – удивился Арсений.
– А что там делать? Как стрельба прекратилась, так думаю, пойду погляжу, чего мы с Сенькой натворили.
– А то и натворили, что портовые грузчики – русский да татарин первыми провозгласили новую жизнь на берегу Тихого океана и сделали это без громких слов, а лишь по решению своих товарищей.
Большой красный флаг был хорошо виден почти половине города, и никто не торопился его снимать. Прошло более двух часов, прежде чем командование белых и полиция поняли, что красные еще только на дальних подступах к городу. Тотчас на сопку была отряжена команда, чтобы снять полотнище с мачты. Грузчики в порту от души веселились, видя, как солдатики елозят по скользкому флагштоку и соскальзывают вниз. Начальство пришло в бешенство, и наконец было принято решение срубить злосчастную мачту. Крепкая лиственная древесина неохотно поддавалась, но все же мятежный флаг был-таки повергнут. Это происшествие наделало в городе много шума. Назначенное по этому поводу расследование не имело успеха. Выявить и задержать «тайных агентов большевиков» не удалось.
Последние переполненные грузами суда с беженцами выходили из бухты Золотой Рог. У причальных стенок под погрузкой стояли лишь несколько коммерческих сухогрузов, но грузчики Владивостокского торгового порта прекратили работу и высыпали на пирсы и причалы. Были среди них такие, кто злорадствовал и выкрикивал вслед уплывающим за рубеж соотечественникам грубости и непристойные фразы. Однако большинство докеров смотрели на уходящие за горизонт суда с тихой грустью.
