— А если на звездолёте?
Девочка улыбнулась.
— Не долететь. Очень далеко. Долететь можно только досюда… — Она дотронулась до звёздочки на брошке. — Но там тоже плохо. Очень плохо. Потому что всё постоянно меняется.
Яська с трудом сдерживал наскоки бесчисленных вопросов.
— А ты как же?
— Я услышала ваш разговор. С мамой. Случайно, — она потупила взор. — Я никогда не подслушиваю, не подумай чего… Просто с близкими людьми так иногда случается.
— С близкими?
Девочка вконец смутилась.
— Ну, с сыном и матерью, например. Связь настолько прочна, что преодолевает пространство. И её, эту связь, можно почувствовать на расстоянии. Далеко-далеко — даже не представить себе так просто! Не саму связь, а те эмоции, что скользят внутри неё, как радиоволны, — девочка возбуждённо выдохнула. — Вот я и услышала их. А потом пришла к тебе, чтобы поддержать. Яська, нужно выбираться. Иначе мама этого не переживёт!
— Кто ты такая?
Девочка снова отрицательно качнула головкой.
— Смотри, — она спустилась по ступенькам, скользнула мимо ошарашенного Яськи в ледяную воду и окунулась целиком.
Яська почувствовал, как всё его тело покрылось мурашками, словно в воде очутился он сам!
— Эй, ты чего?.. — только и смог выговорить он, наблюдая за неадекватным поведением странной гостьи.
Девочка поднялась над водой. Пригладила спутавшиеся волосы, поправила прилипшее к телу платье. Глянула на застывшего Яську.
— Нужно перебороть страх здесь, — она коснулась груди, — иначе ничего не выйдет. Вспомни о том, что говорила мама, — девочка развернулась и пошла к одной из стен, разгребая пред собой воду руками.
Яська смотрел на гремящие волны, не понимая, что такое вообще происходит.
Внезапно до него дошло, что пол под ногами еле заметно вздрагивает. С потолка посыпалась ледяная крошка. Угодила за шиворот. Яська встрепенулся. Огляделся вокруг. Вроде бы ничего не изменилось, вот только… Окружающее пространство наполнилось еле различимой дымкой — будто смог на рассвете нового дня, только не неподвижный, как это бывает в действительности, а клубящийся, медленно сползающий по стенам в волнующуюся воду.
«Словно живой… точнее наделённый смыслом!»
Яська разинул рот, попятился к двери. Тут же угодил задником ботинка в ступеньку, взмахнул руками, силясь сохранить равновесие, но всё же сел на холодный бетон.
— Ну же! — воскликнула из воды девочка. — Ты должен решиться! Другого шанса выбраться живым нет!
Яська ошалело привстал. Попытался заставить обмякшие ноги шагнуть вперёд. Наступил на развязавшийся шнурок — совсем как настоящий Шнурок, — кубарем скатился в ледяную воду.
Поначалу обожгло, да так, что выступили слёзы. Однако спустя пару секунд грудь сдавил жуткий холод. Яська выдохнул, в надежде избавиться от стужи внутри себя. Тщетно. Та устремилась вниз по глотке голодной змеёй. Лёгкие содрогнулись в ужасном спазме, а Яська разразился гортанным кашлем. Складывалось ощущение, что закрой он сейчас рот, грудную клетку непременно разорвёт изнутри чудовищной силой, что любым доступным способом стремится найти себе выход. Левый бок закололо, а перед взором замелькали оранжевые болиды.
Яська отдёрнулся от проникшей в голову жути, заработал руками и ногами, силясь выбраться на поверхность. На сковавший тело холод он уже просто не обращал внимания. Буквально из неоткуда возник пол — стопы спружинили, а на лицо накатила свирепая волна. Яська с присвистом вдохнул полной грудью.
Девочка застыла буквально в метре, протянула синюю руку. Попыталась улыбнуться, но не смогла — личико исказила судорога. Прошептала, клацая зубами:
— «Плыви» за мной, иначе — смерть.
Яська потянулся к своей спасительнице, — а как иначе?
Пол под ногами вновь задрожал. С потолка посыпалась бетонная крошка. Стен видно не было — кругом один единый вращающийся шквал.
— Что нужно делать? — просипел Яська, силясь унять дрожь в голосе.
— Просто «плыть», — прозвучало в ответ. — Нам нужно найти угол, чтобы преодолеть эту грань.
Яська почувствовал, как его тянут за руку. Тут же отдался на волю увлекающей себя силе. Ладони уже ничего не чуяли, а пальцы просто звенели, особенно соприкасаясь с ледяной стихией.
Внезапно всё вздрогнуло, словно при землетрясении.
Яська взвизгнул. С трудом удержался на ногах. Принялся что есть мочи помогать себе свободной рукой.
Девочка не обратила на его всхлипы внимания. Лишь так же ускорила шаг; она понимала, что время неумолимо ускользает.
Внезапно до Яськи дошло, что пол под ногами понижается. Каждый новый шаг погружал их всё глубже и глубже. Поначалу ледяная стихия едва доходила до груди, а сейчас… Яська поднялся на цыпочки, но кромка воды всё равно сомкнулась над головой. К уже давно завладевшей сознанием панике прибавилось самое настоящее отчаяние. А ещё страх, только не за себя, а за девочку — та была намного ниже ростом, просто крохой.
