Каталина медленно открывает глаза. Перед взором предстает приятный цвет балдахина, накинутого на резные деревянные колонны. В комнате царит полнейшая тишина. Никого, кроме нее самой. Императрица делает глубокий вдох, пытаясь успокоить сердце. В какой момент ей начали сниться такие реалистичные и яркие сны? Даже не так. Это не просто сны. Воспоминания. Женщина ни на секунду не сомневалась, что увиденное ночью было ее собственной жизнью. Но почему сама она ничего не помнит? Почему за двадцать семь лет жизни она ни разу не вспомнила о семье? Ведь помимо тети, двоюродного брата, его дочери и дяди у нее должны быть родственники ближе. Где они все? И как выглядят те самые братья, о которых во сне она думала с такой теплотой?
Каталина изо всех сил пытается вспомнить хоть что-то, но стоит подобраться слишком близко к темной завесе, как сознание отталкивает ее обратно и отвечает головной болью. Что за туман царит в голове? Будто кто-то специально забрал все воспоминания о прошлой, счастливой жизни. Каталина раздраженно рычит и бьет кулаком по матрасу. Вот же черт! Легко создавать внешний образ холодной и жестокой правительницы, которую все боятся. Но когда дело доходит до глубин собственной души, все усложняется.
Негромкий стук в дверь прерывает самобичевание императрицы. На пороге появляется Лайя со стаканом воды.
– Доброе утро, Ваше Величество. Не спится?
– Как видишь, – со вздохом отвечает Каталина, поднимаясь с постели.
Служанка мягко скользит по полу, оставляя стакан на прикроватной тумбочке. А затем начинает хлопотать по комнате. Каталина пьет воду маленькими глотками, задумчиво глядя в окно. Перед мысленным взором раз за разом прокручивается сон. Где находится тот замок, в котором она росла? Это точно не Аурия, иначе императрица бы знала. Она построила свою империю с нуля. Она знает в ней каждый уголок. И значит, пропустить подобное мимо глаз она не могла. Каталина встает с постели, оставляя Лайю прибрать в комнате. Женщина даже не замечает, как механически умывается и чистит зубы. Как мягкое полотенце касается ее лица. Так же незаметно она возвращается в комнату и садится за туалетный столик. Лайя тут же принимается распутывать косу.
– Вы сегодня задумчивы, госпожа.
– И правда, – отвечает Каталина, отрешенно глядя в зеркало. – Ночью мне приснился сон… В нем была моя мать.
– Вы никогда не рассказывали о своей семье.
– Потому что я ее не помню. Не помню ни единой детали из детства. Особенно маму. – Каталина осторожно прикасается пальцами к щекам, проводит ими вниз до подбородка. – Интересно, насколько сильно я на нее похожа?
Лайя поджимает губы и отводит взгляд в сторону, чтобы не выказать жалости к своей госпоже. Девушка всегда находится рядом с императрицей, и единственная знает подробности ее жизни, выслушивает и поддерживает в нужные моменты. Но стоит лишь появиться намеку на жалость, Каталина приходит в ярость. И потому Лайя научилась вовремя замолкать и предоставлять госпоже возможность подумать.
– Думаю, она бы точно вами гордилась. Вы построили целую империю. Как хотите заплести волосы сегодня?
– Оставь их распущенными. Пойдет ли мне белый цвет, как думаешь, Лайя? Или лучше сделать свадебное платье красным? А может, черным, в честь траура по моей одинокой жизни?
Лайя не сдерживается и фыркает. Каталина улыбается в ответ. Вот и все, напряжения в воздухе, как и не было. Императрице ужасно не нравится, когда Лайя грустит, ведь тогда и она сама уходит в мрачные размышления о своей жизни. А если такое случается, то лучше держаться подальше от правительницы Аурии. Ведь чья-то голова может слететь с плеч.
– Какой цвет предпочтете этим днем, Ваше Величество?
Каталина на мгновение задумывается.
– Темно-зеленый, пожалуй.
Лайя быстро и ловко помогает императрице одеться, щебеча о каких-то незначительных вещах и рассказывая дворцовые сплетни. Женщина улыбается, чувствуя, как ночное видение отпускает ее и уходит прочь. Прошлое должно оставаться в прошлом. У нее есть дела куда важней. Каталина бросает на себя взгляд в зеркало. Властная, красивая женщина с бледным лицом и волосами белыми, словно снег. Темное платье плавно обтягивает фигуру, резко контрастируя с цветом кожи. Будь она мужчиной, точно бы влюбилась с первого взгляда. Каталина усмехается собственным мыслям. Так ли нужна эта красота, если тебя воспринимают, как фарфоровую куклу? Может, она была бы счастливей, если бы не магия в крови?
– Ну что ж, пора.
Лайя желает госпоже удачи. Каталина делает глубокий вдох и выходит из комнат. Ее вновь сопровождают стражники. За прошедшее время они стали ее личными тенями, что безмолвно следуют впереди или позади императрицы. Их присутствие больше не заботит мысли женщины. Напротив, позволяет расслабиться и подумать о более важных вещах.
