Во время поездки Аня нервничала. Ее нервозность только усилилась, когда оказалось, что один из самых популярных и дорогих ресторанов города принадлежит Неверящему. Становилась понятна роскошь в доме. Все держалось не на продажах книг, а на доходах от ресторанов.
Пока шли от входной двери до места назначения, Аня ощущала на себе внимательные, часто завистливые взгляды. Их владелицы как бы говорили: «Ну и что в тебе, простушка, есть такого, из-за чего он уединяется с тобой, а не с нами?». Взгляды нервировали. Тяжело было не ежиться под ними.
В отдельном кабинете Аня растерялась. Мягкая мебель, кожаные переплеты у меню. А цены… Увидев их, Аня ощутила головокружение и желание сбежать отсюда. Один коктейль стоил половину ее стипендии.
– Уже выбрали? – голос Неверящего звучал ровно, спокойно.
– Я боюсь местных цен, – призналась Аня и, вскинув голову, заметила улыбку в уголках губ.
Неверящий и улыбается? Что-то странное творилось в этом мире.
– Это мой ресторан, меня вы в любом случае не обанкротите, – знакомая ирония в голосе.
Аня сдержала вздох. Так-то оно так. Но…
Заказ принесли довольно быстро. Виктор взял себе чай и бифштекс, Аня заказала кофе и овощной салат, явно из экономии. Виктор не стал настаивать на чем-то другом, видя ее стеснительность.
Ели молча. И, наверное, это было к лучшему, так как Виктор понятия не имел, о чем можно говорить с той, в кого влюблен. Но любая еда рано или поздно заканчивается.
– Спасибо, – Аня отставила в сторону тарелку и чашку, – все было очень вкусно.
– Я передам повару, – пообещал Виктор, стараясь говорить серьезно.
Ая поднял взгляд от столешницы, взглянула на него недоверчиво:
– Снова смеетесь.
– Иронизирую. Раньше вы были намного смелее.
– Не в подобном заведении, – Аня передернула плечами, – эта роскошь давит на меня.
– Извините, мне казалось, что приглашение ко мне домой будет выглядеть пошло.
– Почему же, – в глазах Ани мелькнули знакомые огоньки, как тогда, в его доме, когда она собиралась подначить его, – с такой шикарной кофемашиной вам не нужно беспокоиться о пошлости.
Виктор хмыкнул. Точно. Кофемашина. Вечная любовь Ани.
– Местный кофе не хуже, – уверил он ее.
– Я не видела процесс приготовления, – последовал ответ. А затем, без перехода. – Я действительно рада вас видеть, и даже не думала там, на вечере, что вы меня пригласите на свидание. Но… Почему здесь? И зачем? Для чего известному писателю встречаться с студенткой-журналисткой?
Сказала, покраснела и опустила глаза: ждала ответ и в то же время боялась его.
– Вы со всеми такая откровенная? – вздохнул Виктор. Ему отчаянно не хотелось касаться болезненной темы.
– Только с тем, о ком написала статью.
– Вы действительно мне нравитесь. Почему я не могу пригласить на свидание ту, кто мне импонирует?
– Может, потому что мы разные? Где вы, а где я. В вашем окружении полно женщин, готовых стать вашей спутницей.
– Вы ошибаетесь, Аня, – разговор по душам, ох, как же Виктор не хотел его начинать… – Никто из тех женщин, которых я знаю, независимо от их социального статуса, не пойдет на свидание с инвалидом.
Аня вскинула голову, посмотрела на него, в глазах – искреннее изумление.
– А при чем тут это?
– При том, что, как спутник, я не подхожу к их нарядам, – Виктор горько усмехнулся.
Несколько секунд молчания, все тот же изумленный взгляд. Виктор напряженно ждал реакции.
– Я понимаю, вы пошутили сейчас, – наконец-то заговорила Аня. – Но… То есть окончания ваших романов все несчастливые из-за этого? И живете вы в одиночестве тоже… потому что… Но вы же не единственный такой человек на свете! У многих есть семьи.
– Значит, мне не повезло, – Виктор все еще не видел, к чему все эти слова. – Пока что вы – единственная, кто согласился.
– А вы многих спрашивали?
Никого. Она была первой. Но Виктор ответил по-другому:
– Сейчас это не важно. Главное, что вы здесь.
– Да, я, перепуганная местной роскошью нищая студентка, здесь, – кивнула Аня. – Меня ваша внешность не пугает. А вот ваши деньги и статус…
– Мы с вами на разном акцентируем внимание, – вторую часть фразы Виктор не услышал. Ему хватило первой: «Меня ваша внешность не пугает». Остальное уже было решаемо.
Ком в груди, появившийся еще до встречи на вечере, дал трещину. Виктор почувствовал, что снова может дышать, пусть пока еще и не полной грудью. «Меня ваша внешность не пугает»…
Теперь, услышав признание, Аня стала лучше понимать Неверящего. Он не смотрел в зеркало, наверное, уже несколько лет и не видел там привлекательного мужчину, не считал деньги в своем кошельке, не смотрел по сторонам в собственном доме. Нет, он был зациклен совсем на другом. «Никто из тех женщин, которых я знаю, независимо от их социального статуса, не пойдет на свидание с инвалидом».
