Битва Рудольфа и Тоса не была классическим состязанием скорости, а скорее походила на попытки одного невероятно стремительного воина покорить недвижимую крепость, которой стал Волк, не желавший подставляться под удар. Несущий Шторм кружился вокруг него, нанося десятки ударов по Волку, но тот практически всегда уворачивался. К сожалению для сына Русса — «практически» было недостаточно.
Десантник Десятого легиона будто бы совершенно не волновался насчёт своей жизни, а потому дрался совершенно безрассудно, порой подставляясь под клинок, но в итоге нанося просчитанные удары по конечностям Волка, и один раз даже по голове — Рудольф, резко потерявший десяток зубов и практически всё челюсть, выстоял, но стал выглядеть и двигаться куда рассеянней.
Главная проблема в том, что длинный двуручный клинок Волка не совсем подходил для битвы с бронированным противником, у которого даже крови практически не было — её в основном заменяла пурпурная соединительная жидкость. Куда хуже был тот факт, что любые серьёзные травмы и повреждения брони зарастали менее чем за десяток секунд — живой металл поддерживал форму десантника, и нивелировал любые попытки противника причинить ему хоть какой-то долговременный вред.
В это время как булава Тоса отлично повреждала и даже пробивала броню Космического Волка, отчего спустя всего минуту боя, всё тело Рудольфа уже покрывала кровь и разрывы плоти вместе с переломанными костьми. Его доспех погнулся, многие руны оказались повреждены, и лишь в глазах воителя можно было увидеть пламенную готовность продолжить сражение и победить любой ценой. И когда оно достигло определённой точки, сам ветер вокруг них стал поддерживать рунного жреца, чей гнев начинал вырываться за пределы его тела и разума.
Тос мгновенно понял, что происходит, а потому со всей скорости рванул к человеку, вокруг которого сейчас собиралась целая буря. Тучи появились на ранее чистом небе, и многим из прочих представителей легионов пришлось отойти, чтобы не попасть под воздействие способностей одного из сильнейших проводников воли Фенриса.
Чёрная булава, которую в широком замахе направил Несущий Шторм прямо в лицо Рудольфа, остановилась в нескольких сантиметрах от неё, встретив стену крепкого, как адамант, сжатого воздуха. Потоки электричества ударили по Тосу, на мгновение выбив его из колеи, но прежде чем он успел отойти, волна пурги и холода достигла его.
Причём куда более сильной, чем какая-либо из естественных — она исходила из каменной руны, выгравированной на мече Волка. Из его носа и глаз шла чёрная кровь и по шатанию можно было определить, насколько тяжело ему сейчас было поддерживать эту силу. Однако начавшему покрыться ледяной коркой Тосу явно было хуже, ибо постоянные удары молний и обледняющий ветер не давали ему сделать и шага.
Настолько, что он был вынужден поднять своё оружие, и в очередной раз начать прожигать взглядом врага. И лишь когда генератор в его груди начал гудеть, при этом испуская лёгкое изумрудное сияние, все чудеса мигом пропали. Он не стал тратить это мгновение, а потому сразу же набросился на Рудольфа, который сейчас застыл на месте от боли и шока, связанным с разрывом его связи с Океаном душ.
В отличие от своего отца, каждое воздействие Чёрного камня вредило Несущим Шторм, а потому лишь немногие из них проводили свои жизни за тренировками по кратковременному использованию этого минерала на поле боя. Снайперам было проще всего запускать обычные снаряды и пули, но мастерам ближнего боя вроде Тоса приходилось каждый раз терпеть мучительную разрывающую головную боль, иссушающую пустоту в груди, которая с каждым мгновением росла всё сильнее, а также многочисленные кровоизлияния в мозгу, уничтожающие мозг за каждое использование силы. Всё ради нескольких секунд защиты от варпа.
Их дуэль окончилась так, как оканчиваются битвы в реальности, а не в мифах, которые смертные любили сочинять про Астартес. Тос просто добежал до шокированного врага, после чего одним ударом булавы по голове вырубил его. Генератор Чёрного камня сразу же перестал гудеть и блокировать воздействие, на время дав Несущему Шторм прилив сил, которым он собирался воспользоваться, чтобы нанести финальный, завершающий удар…
— Хватит. Победитель очевиден, — холодный голос Русса остановил булаву Тосу за секунду до того, как она унесла бы жизнь его сына, а потому нетрудно было услышать в его словах нотки его чувств насчёт увиденного. — Твой сын силён, Феррус, с этим не поспоришь, однако это лишь заёмная сила, которую в любой момент оказаться повернута против нас. Что насчёт псайкеров, способных взломать его или подчинить металл, до того как начнёт работать твой генератор? Что если кто-то просто повредит механизм до того, как он начнёт работу? И что если кто-то наконец-то придумает способ противодействия твоей машинке, которую ты везде вставляешь? Пусть я и не столь подкован в твоей технике, однако даже моего ума хватает, чтобы придумать методы её разрушения…
