Ранее Коракс мечтал о том, что все нынешние трудности и вся кровь окажутся оправданы эпохой длинного мира после завоевания галактики, однако все новые открытия показывали лишь то, что враг будет всегда. Будь то империя Некронтир, какие-то ксеносы из другой галактики или вечные обитатели Имматериума — его отец всегда мог найти новых противников, как бы далеко они не находились, чтобы продолжить свой кровавый диктат.
Да и какие у Корвуса вообще были гарантии, что Повелитель человечества просто не устроит последнюю кровавую битву с теми же орками, чтобы сократить число Астартес, а затем превратить их из великой силы, с которой считалась вся галактика, в очередной пережиток истории, оставшийся лишь на блеклых страницах книг?
Повелитель воронов проверил слова колдунов, и те оказались, к его сожалению, правы — Громовые воины, первые прототипы космических десантников, что превосходили Астартес качеством и личной силой, все до единого «удачным образом» погибли к концу объединения Терры. На их место сразу же пришли куда более легко управляемые войска, полностью верные своим отцам, и при этом обладавшими куда меньшими проблемами для массового производства и постоянного пополнения. Их всех просто заменили, стерев всё наследие и все их жертвы.
И пусть можно было считать сказками все речи о будущей замене главного оружия человечества, однако Коракс уже своими глазами видел заводы, где начинали массовое производство «Уравнителей». Каждая броня сделает обычного человека равным где-то трети среднего Астартес, но и штамповать их можно десятками и сотнями миллионов…
Тот факт, что подобная стройка началась к самому концу похода также не могла не смущать, как и факт увеличения числа его братьев, открыто недовольных действиями отца. Казалось, словно с каждым днём они всё сильнее приближались к эпохе, когда внутренние проблемы и конфликты внутри государства людей наберут критическую массу. И что произойдёт дальше Корвус даже боялся представить.
Пока что нелояльным элементам вроде Ангрона или Мортариона дают жить исключительно из-за их высокой эффективности на поле боя, а также потери уже двух Примархов, не лучшим образом сказавшейся на скорости похода, но что произойдёт, когда Империуму больше не будут нужны все восемнадцать полубогов войны?
Даже десятка хватит, чтобы уничтожить любого врага при помощи безграничных ресурсов целой галактики — но куда деть остальных? Не готовых вечно мириться с диктатурой отца, а также неспособных спокойно сидеть на месте и охранять уже бескрайние завоёванные просторы?
Коракс не мог с былой уверенностью сказать, что он и сам не принадлежал к этой фракции — страх гибели его сынов вместе с полным забвением пугал саму его сущность. Уже два легиона будто бы стёрли с лица истории, а следовательно, и его самого могут превратить в ничто. И тогда все его жертвы, и каждый убитый им человек станут лишь насмешкой над тем, ради чего Ворон сражался всю свою жизнь — он останется в памяти вселенной не Освободителем, а жестоким убийцей и подавителем свободомыслия. Все смерти окажутся зря.
…Клинок ворона с лёгкостью вскрыл очередную машину, внутри которой сидела слишком молодая для войны синекожая девушка-мутант. Подросток, явно призванная исключительно из-за отчаяния лидеров догорающей планеты. Империум старался не вредить мирного населению, которое вскоре могло стать их же гражданами, но армию чаще всего вырезали до основания, чтобы предотвратить будущие восстания. И перед ним пример того, кого берут при тотальной нехватке воинов.
Коракс остановился в самый последний момент, однако страх девочки никуда не ушёл. Она закрыла глаза и стала прикрываться руками, явно ожидая своей погибели, но Повелителя Воронов уже здесь не было. Невидимый Корвус уже направлялся в сторону главного подземной крепости, где находились сильные мира сего.
Это место было усыпано самыми разными сенсорами и машинами, вероятно способными заметить даже его, но сейчас он был готов на любые риски, лишь бы быстрее окончить войну. Наименьшей кровью, но хотя бы этот день он проведёт не в самокопаниях и уничижениях, а пытаясь быть героем, которым когда-то был.
...
Гигантская машина упала на землю без движения, стоило мне взмахнуть рукой и почувствовать резкую вспышку боли в голове. Кины внутри находились в относительном порядке, так как мои способности были бесполезны против обычной плоти, но вот их железным собратьям было уже куда хуже — пусть даже у меня не хватало сил, чтобы выжечь всех железнокинов и их машинных духов, но вот загрузить их мыслительные потоки мусорным кодом было элементарной задачей.
Ликвидация подобных Вотанн продвинутых цивилизаций — это моя основная специализация, ради исполнения которой я даже иногда решался выйти в поле. Слишком очевидна моя сверхэффективность против существ, полагавшихся на технику и достойный металл. И пусть обычно мы просто стирали противника с помощью орбитальных бомбардировок и нанитового оружия массового поражения, в редких случаях вроде этого, приходилось работать грязно.
