Открываю рот, чтобы сказать, что не сильно-то я и боялась, как замираю. Девушке-блондинке, которая сидела рядом с Максом напротив меня, прямо на голову выливается бокал красного вина. Все мгновенно обращают на это внимание. Девушка жмурится, капли стекают по телу и впитываются в ткань платья. А позади, будто ничего и не произошло, стоит другая – та, которая мне знакома. Аля, которую до этого момента здесь и не видела, спокойно ставит бокал на стол, просит прощения и идет прочь. Макс бросает подруге несколько салфеток и спешит за той, которая ушла. А все присутствующие лишь пялятся на это и не могут понять, что интереснее – девушка, которая сдерживает слезы и пытается оттереть алые пятна от светлой ткани платья, или таинственная незнакомка и Макс, поспешно ушедшие.
– Дерьмово, – доносится до меня тихий детский голосок. Василиса сидит на руках у старшего брата. Он хоть и мал, но сильный мальчишка. Шикает на ту за плохое слово и сам бормочет что-то похожее. А я лишь думаю о том, куда вляпалась Аля. Ведь это все совершенно на нее не похоже. Но она вляпалась в историю. Подробности которой мы узнаем немного позже.
Я давно об этом думал. Наверное, с того самого дня, как заметил непривычную закономерность в наших встречах с Машей. Судьба словно специально сталкивала нас нос к носу снова и снова, и в какой-то момент я перестал противиться этому. Принял и отпустил ситуацию. Никогда не любил загадывать наперед, чтобы после не расстраиваться. И в этом случае придерживался того же правила – пусть будет то, что будет. Именно поэтому я в свое время закрутил роман с официанткой, а потом стал отцом. В первый и пока единственный раз. Я люблю сына, но не спешу становиться многодетным отцом или что-то такое. Пока мне достаточно одного ребенка, который, к моему счастью, в последнее время живет с нами, находится под моим контролем. Мне нравится эта роль, как и то, как со своей ролью справляется Маша. Она не старается быть матерью Ване, ей достаточно того, что он ее уважает, считается с ее мнением и прислушивается. Она такая идеальная старшая сестра для него, которую я люблю.
Та Маша была резкой, грубой, высокомерной, но красивой и безумно ранимой. Там за слоем косметики и дурного характера пряталась девушка, в которую я влюбился. Если бы верил в любовь с первого взгляда, то решил бы, что это она. Но нет. Любовью с первого взгляда у нас промышлял всегда Гесс, а вот у меня до самих чувств даже времени не было. Сначала я просто хотел Машу, а потом… понял, что нуждаюсь в ее постоянном присутствии рядом. В ее колких фразах, остром язычке, взгляде, прожигающем дыру в самом сердце, и в ней самой. И сейчас не могу представить, как бы жил, не будь ее рядом.
– Ты был просто невозможным! – именно так сказала мне Маша, когда мы познакомились лучше и поняли, что нас непреодолимо тянет друг к другу. Думаю, с ней это тоже впервые, как и со мной. Та Маша заслуживала хорошей встряски, а эта – любви и меня к своим ногам. Серьезно, в какой-то момент мне показалось, что я готов на все безумства, раннее не совершенные, только бы она улыбалась. Каждый гребаный день! Всегда был окружен женщинами, но именно в ее внимании я купался и не мог им насладиться. Всегда было мало.
Я тоже далеко не идеальный. Взять хотя бы тот факт, что у меня скверный характер. Порой грубый, прямолинейный, непредсказуемый и, возможно, вовсе не готовый к взрослым отношениям, подразумевающим «долго и счастливо», но влюбленный.
До безумия.
До зубовного скрежета.
До чертиков в глазах.
Именно таким я был и остался со всеми, кроме нее. С ней мне хочется быть лучшей версией себя, радовать ее и делать счастливой. Ведь это заставляет радоваться меня.
В ее день рождения решил сделать то, что планировал давно. Это уже было предопределено, но мне нужно было продумать нюансы и дождаться назначенного дня. День не задался с самого утра – сначала опоздал курьер, потом пошел ливень, отключили электричество. Я думал, что хуже быть не может, но все оказалось именно так – ресторан, в котором забронировал столик еще месяц назад, вдруг отменил бронь, потому что у них тоже нет электричества!
Так что двадцатилетие Машки мы отмечали вдвоем, Ваня ночевал у школьного друга. Ели пиццу собственного приготовления, смотрели «Мальчишник в Вегасе» и пили вино, сидя при этом на полу в гостиной. Торт, хотя бы с ним ничего не произошло, стоял в холодильнике и ждал своего звездного часа. Букет нежно-розовых лилий, любезно собранный Виталиной, стоял в вазе, и от их легкого аромата слегка щипало в носу. Это все было вовсе не так, как я задумал изначально, но, судя по улыбке Маруси, ей нравилось.
Когда фильм закончился, а вторая часть еще загружалась, я сделал глоток вина и посмотрел на Марусю. От вина щеки немного порозовели. Мы не стали наряжаться, она – в хлопковой пижаме, я – в спортивных штанах и футболке. Легко и комфортно, но вовсе не празднично. Небольшая коробочка приятно грела карман, но я все еще не вручил подарок имениннице. Главный подарок вечера.
– Марусь?
– М-м-м?
