– Филипп. Так проще? – Он вздыхает и снова бросает взгляд сначала на машину, а потом на меня. – Сядешь или мне насильно тебя затаскивать?
Не знаю, чем я думаю, но я сажусь в машину. Что-то в нем меня привлекает. Это же и пугает. Последний раз меня так привлекал Саша, и мое увлечение продлилось четыре месяца, пока он сам все не испортил. И тут появляется Филипп! Я не вижу у нас никакого будущего, но это не помешает мне воспользоваться бесплатными услугами первоклассного такси.
– Не назовешь свое имя?
– Обойдешься.
На мои слова Филипп лишь улыбается и закрывает дверцу машины. Обходит и садится на водительское сиденье. Мне даже не приходится называть ему адрес, как оказалось, у Филиппа прекрасная память. Он забивает нужную улицу и номер дома в навигатор. По дороге домой я лишь пишу Але и прошу забрать мое пальто. Та не задает лишних вопросов, будто я никуда не пропадала. Я же еду домой с мужчиной по имени Филипп и думаю лишь о том, какого хрена он прервал разговор с другом и решил подвезти меня? Неужели вселенная извиняется передо мной за Сашу таким образом?
Я была готова к переезду ровно через два дня. Каждую ночь я по-прежнему проводила в кровати с Марком, он перебирался ко мне и крепко прижимался, что-то бормотал про монстров и сам засыпал. Когда я закрывала глаза и едва засыпала, мне казалось, что дверь в комнату откроется и зайдет Саша. Это ведь и его спальня, но он решил спать в гостиной. Я лишь замечаю, как из шкафа постепенно пропадают его вещи и перебазируются на стулья в гостиной.
Новости о переезде Марк воспринял слишком спокойно. Мы сказали, что в квартире будем делать ремонт и временно поживем отдельно. Сын будто что-то подозревал, но не знал, как назвать вещи своими именами. Надо признать, характер у Марка – совокупность моего и Сашиного, хорошая смесь. Марк лишь попросил Сашу поскорее закончить свои дела и проконтролировать, чтобы ремонт тоже закончился быстрее. И, что очень важно, чтобы его обои с машинками в комнате не трогали. Он повторил это раза три за ужин.
Квартиру я тоже нашла сравнительно быстро. Пришлось провести много рабочего времени на сайтах по поиску жилья. Но благодаря Лиле и Максу я нашла нужный вариант. Хороший спальный район, недалеко от детского сада Марка. Квартира однокомнатная с балконом и новым ремонтом, да и мебель тоже неплохая. Этаж всего третий, но лифта в доме нет. Я поехала смотреть квартиру с братом и почти сразу же заключила договор. Я могла въехать в квартиру уже вчера, но все еще медлю. Мне нужно снова поговорить с Сашей, попрощаться с ним, если так можно выразиться.
Не знаю точно, как долго мы будем жить порознь. Год, как и условились, или в итоге все равно разбежимся в разных направлениях.
Вчера мне звонила мама Саши, судя по разговору, она ни о чем не догадывается. Ждет нас через пару месяцев на годовщину, а я по глупости пообещала приехать. Уже после разговора согласилась с тем, что говорить о таких новостях родителям – это плохая идея. Они не поймут, начнут пересуды и слишком бурные осуждения. Не хочу трепать им нервы. Поэтому и моим ничего не говорила и пригрозила Максу, чтобы тоже молчал.
Я думаю о предстоящем переезде, который все же решила провести завтра, весь день. Даже сейчас, читая книгу сыну, я думаю лишь о том, что завтра нас двоих в этой квартире уже не будет. Часть вещей останется здесь, но большинство я все же заберу. Марк будет часто находиться с Сашей, поэтому хорошо, что некоторые его игрушки и одежда останутся на своих местах.
– А мы долго будем жить без папы? – спрашивает меня Марк, когда я заканчиваю ему читать книгу и убираю ее на подоконник. Его вопрос заставляет меня вздрогнуть и внутренне выругаться.
– Нет. Ты даже соскучиться не успеешь.
– Правда? Сеня говорит, что он без папы живет долго. Говорит, что тот уехал и не вернулся. Мой папа ведь так не сделает? – Вопрос выбивает из легких весь воздух. Целую сына в макушку, приглаживаю темные волосы и наклоняю голову так, чтобы смотреть ему в глаза.
– Твой папа тебя никогда не бросит. Он тебя любит, – шепчу я и смотрю на Марка, пока тот все же не кивает. Медленно, но кивает. – А теперь поспи, мне нужно разобрать посуду.
Но я знаю, что Марк не уснет. Он снова переберется ко мне в кровать, обхватит мою шею маленькими ручками и не отпустит до утра.
Укрываю ребенка и выхожу из комнаты. В кухне уже горит свет, а в гостиной темно. Это означает лишь то, что сейчас я встречусь с мужем и, вероятно, мы снова будем молчать или разговаривать. Почему-то мне хочется, чтобы это был второй вариант.
Саша сидит за кухонным столом и пьет чай. Моя кружка тоже дымится и стоит на своем законном месте. Все-таки разговора не избежать. Я сажусь на стул и придвигаю кружку ближе, вдыхаю мятный аромат, а потом поднимаю голову и натыкаюсь на внимательный взгляд мужа. Теперь мы встречаемся с ним лишь за кухонным столом по вечерам.
