– Хорошо. Тогда, пожалуй, я начну с Рика. Мы с ним познакомились в полицейской академии, потом попали на один и тот же участок стажерами. Тогда нам было по двадцать два года. Поженились мы через год после начала знакомства, а еще через два года, когда мы решили, что пора и детей родить… – Она замолчала, явно колеблясь, говорить ли, но потом продолжала: – Я обнаружила, что не могу. Вероятно, я как-то неправильно сделана и не могу вынашивать ребенка. В общем, огромное разочарование. Мы ходили к разным специалистам, но всюду слышали одно: никаких шансов. Тогда мы взвесили наши опции. Мы понимали, что нам предстояло взять в семью осиротевшего малыша, и мы всерьез об этом думали. Но по работе мы также знали, что хорошие, безопасные приемные семьи пользуются повышенным спросом. Мы долго обсуждали нашу проблему, молились, но в конце концов почувствовали, что можем взять ребенка на воспитание и будем его любить. Мы как раз оформляли необходимые документы, когда умер Рик.
Гаррет с удивлением посмотрел на нее.
– Какое же отношение все это имеет к Софи?
Эллен опустила глаза. Затем медленно подняла их и встретилась с ним взглядом.
– Некоторые скажут, что это чисто случайное совпадение, но я вижу особенный смысл в том факте, что Софи стала сиротой в мой самый первый вечер, когда я снова вышла на дежурство, после того как стала вдовой. Я верю, что это все не случайно.
Он кашлянул.
– Как это?
Эллен болезненно поморщилась.
– Ну, целых два месяца я была в отпуске, приходила в себя, пыталась как-то справиться с моим горем. Было так тяжело потерять Рика… Ведь как это случилось? Я в тот день работала вторую смену вместо кого-то из наших и, когда Рик уже вышел из участка и пошел домой, я все еще была на дежурстве. Слушала обычные переговоры патрульных… И вдруг прозвучал приказ – всем свободным экипажам приехать по такому-то адресу в Сиэтле, где застрелен сотрудник полиции. – Эллен замолчала и посмотрела на Гаррета. – Это был мой адрес.
– О господи! – не выдержал Гаррет.
Она стоически улыбнулась.
– Я бросилась туда, но это не имело значения. Он был уже мертв. Оказалось, что он арестовал в тот вечер главаря банды, ограбившей магазин. Знак той банды был вырезан на нашей входной двери. Вероятно, один из них, кого не арестовали вместе с другими, ждал Рика возле полицейского участка и пошел за ним до самого дома. И застрелил его, когда тот открывал дверь.
Теперь понятно, почему Эллен нервничает, когда отвечает на звонок в дверь, подумал Гаррет.
– Ох. Не знаю, что и сказать. И не понимаю, как вы сумели увидеть в этом лучик надежды.
Она пожала плечами.
– Когда все улеглось худо-бедно, я сменила квартиру, и тогда я решила, что все-таки возьму на воспитание ребенка, стану приемной матерью. Вот только Рик хотел мальчиков, и мы так бы и сделали… Но за эти два месяца, свободные от работы, я решила, что для матери-одиночки лучше растить девочку. С такой мыслью я и вернулась на службу и в самый первый вечер встретила маленькую девочку, которая нуждалась в матери больше, чем кто-либо. В течение следующих месяцев я часто звонила, спрашивала о ней, давая понять, что я готова при необходимости заботиться о ней и в состоянии это делать. Потом распалась одна из ее приемных семей, когда глава семьи умер от инфаркта, и тогда сотрудники социальной службы привезли мой лучик надежды прямо к моему порогу. – Она опять помолчала, и Гаррет увидел на ее глазах слезы. – Я потеряла Рика, но получила Софи, а потом Эвалинн. Я понимаю, что, может быть, сама я не казалась тогда девочкам лучиком надежды, но для меня это было все.
Гаррет медленно выдохнул, обдумывая услышанное.
– А как получилось, что вы никогда не рассказывали им о том, что случилось с Риком?
– Мне не хотелось, чтобы девочки боялись любого подошедшего к нашей двери. Боялись бандита с пушкой. А еще у меня болело сердце при мысли, что выпало на долю этих девчушек. Мне казалось несправедливым говорить им, что их величайшие беды обернулись для меня величайшими радостями. Мне было стыдно даже думать об этом, не то что им говорить… Ну сам подумай…
Гаррет кивком показал, что все понял, но не произнес ни слова.
После недолгого молчания Эллен протянула ему полицейский отчет.
– Извини, я совсем тебя заговорила. Тебе все еще интересно взглянуть на это?
Слушая рассказ Эллен, он почти забыл об отчете.
– О, да. – Он раскрыл папку. В ней лежали десять страниц записей, где были и показания свидетелей, и подробности об автомобилях, попавших в ДТП, и ущерб, понесенный ими, имена и возраст ехавших в каждой машине. При оценке причин было сказано: «ненастная погода, скользкое дорожное полотно, плохая видимость».
Ведя пальцем от одного пункта к следующему, Гаррет просмотрел первые несколько страниц за минуту. Потом замедлил темп и оставшиеся страницы читал вдумчиво, вникая в каждое предложение. Его лицо пылало, и он надеялся, что Эллен не заметит этого. Закончив чтение, он закрыл папку и вернул ее Эллен.
Она слегка качнула головой.
– Теперь ты лучше понимаешь ситуацию.
Он кивнул.
