Двойняшек мы отыскали на парковке, где толпились выпускники с родными и близкими. Все болтали и фотографировались друг с другом.
Когда я представила Марну и Джинджер Патти, она по очереди заключила их в крепкие материнские объятия, чем совершенно ошеломила. Двойняшки в ответ неловко хлопали ее по спине и неуверенно улыбались.
— Анна, ты говорила мне, что они роскошные красавицы, но боже мой! — Она сделала шаг назад. — Я так рада вас видеть, девочки! Сможете сейчас поехать к нам? Я собираюсь испечь пирог и зажарить цыпленка на открытой площадке для барбекю.
— Э… — Джинджер скосила глаза на Марну.
— С огромным удовольствием! — ответила Марна и захлопала в ладоши. Джинджер поджала губы.
— Замечательно! — Патти просияла. Затем она извлекла из чехла свой фотоаппарат и вручила Марне. — Не возражаете нас щелкнуть?
Я положила Патти руку на плечо и прижались щекой к ее щеке.
— Теперь разок вас, девочки, — Патти взяла камеру сама и жестом показала, чтобы мы встали поближе друг к другу.
Я заняла место между двойняшками, а они, как будто отрепетировав это заранее, обняли меня за талию, подбоченились и чуть согнули ногу в колене, наклонившись к центру. Я снималась с профессионалками, которым, наверное, ничего не стоило наколдовать себе ветерок, чтобы развевал их кудри. Патти определенно увлеклась — примеривалась под разными углами, крутила объектив, и после шести или семи кадров я рассмеялась и сказала «хватит».
Тут неподалеку от нас раздался громкий взрыв хохота — и конечно, это было семейство Джея. Приложив руки рупором ко рту, я окликнула Джея, а потом помахала ему. Он тут же подбежал, глупо улыбаясь, и сначала даже не заметил двойняшек. Мантия на нем была распахнута, а шапочку он успел сменить на старую бейсболку, которую заломил набекрень.
— Мисс Уитт! — Джей заключил в объятия Патти, потом подхватил меня и приподнял над землей. Я взвизгнула и услышала щелчок — это Патти запечатлела нас на пленку.
— Вот мы и подросли, — Джей опустил меня на землю, притворился, что смахивает слезу, — и тут увидел двойняшек. Это было очень заметно: с него моментально слетела вся дурашливость, и он сдернул с головы бейсболку.
— Ой, привет!
Дальше была немая сцена, как в кино, когда двое встречаются взглядом, играет музыка, а все остальные сливаются с фоном и пропадают. Джей и Марна не шевелились, не разговаривали и лишь смотрели друг на друга. Аура Джея взорвалась пушистым радостным желто-оранжевым облачком с примесью красного. Даже Патти, похоже, обратила внимание на сгустившийся воздух между ними. Джинджер скрестила руки на груди.
И тут музыка резко оборвалась, словно кто-то процарапал пластинку, — подошла Вероника. Буквально стреляя в двойняшек смертельными взглядами, она обняла Джея за талию, и его аура лопнула, как мыльный пузырь, выпустив серый клуб стыда и смущения. У самой Вероники аура была зеленой и до того яркой, что затмевала даже синий цвет выпускной мантии. Вероника наклонила голову к Джею и с натянутой улыбкой сказала:
— Мои поздравления, бэби. — Я затаила дыхание. Они все время называли друг друга «бэби», но в последние месяцы как-то перестали. Джей прокашлялся.
— А мои тебе.
Вероника встала на цыпочки и поцеловала Джея в губы, тот в ответ приобнял ее, чмокнул и деликатно отпустил.
Улыбка Марны оставалась прежней, но глаза больше не сияли. Вероника послала мне укоризненный взгляд, как будто я ей изменила. Ну, вот. Я подняла брови и пожала плечами — мол, не знала, что они появятся. И правда, я бы всеми силами постаралась избежать неприятной сцены.
— Машины наконец-то начали выезжать, — сказала я Патти. — Не пора ли нам тоже отправляться?
Патти смотрела на моих друзей, переводя взгляд с одного на другого и определенно ощущая, что здесь что-то не так. В ее ауре мелькнуло беспокойство. Я никогда не рассказывала ей о ситуации с Вероникой, Джеем и Марной.
— Да, пожалуй. Давай я только сфотографирую тебя с Джеем и Рони, и поедем.
Я испытала огромное облегчение, когда Джей и Вероника вернулись к своим семьям и мы все погрузились в машины. Двойняшки поехали к нам домой вслед за нами.
Я бежала по лестнице, перепрыгивая через ступеньки, — до того мне было радостно, что у меня в такой день гости, — а открыв дверь, остановилась как вкопанная, и у меня перехватило дыхание. На мгновение я онемела, а потом выдохнула:
— Патти, это потрясающе!
Квартира была украшена синим и золотым — цветами нашей школы. Повсюду висели воздушные шарики, а на потолке крест-накрест разместились две двухцветные гирлянды. Посмеивающаяся Патти с двойняшками подошли сзади, и я услышала, как Марна восхищенно ахает.
Только я собралась обнять Патти, как краем глаза заметила между болтающимися ленточками от шариков какое-то движение. Первой реакцией было закричать — что за глупая физиология!
Уже на середине вскрика я поняла, что это отец, но не только не сумела остановиться, а еще и перепугала по цепочке остальных. Вслед за мной вскрикнула Патти, за ней двойняшки.
Отец, раздвигая шарики, выбрался к нам и хмыкнул. Мы разом притихли.
— Вы всех гостей так радушно встречаете?
