Я присела на бетонные ступени и с минуту размышляла о том, как было бы прекрасно иметь в голове кнопку «Выкл.». Нажала — и можно ни о чем не думать. Десять минут назад я с восторгом предвкушала встречу с Каиданом, а теперь от этого восторга мало что осталось. Вздохнув, я заставила себя подняться.
— Пока тебя не было, твой телефон тут с ума сходил, — предупредила меня Патти, показывая на мою сумочку.
Я проверила сообщения — их было шесть, все о сегодняшней выпускной вечеринке. Патти окинула меня грустным взглядом, и я почувствовала, как у меня опускаются плечи. Пора собираться и идти.
Уже ночью, вернувшись домой, я позвонила отцу.
— Как прошел вечер? — спросил он.
— Нормально. Прилетал один дух, но он был не всё время.
— Хорошо.
— У меня к тебе довольно странный вопрос, — начала я. — Говорят, существуют испы, у которых больше одного греха. Такое возможно?
— Да, безусловно. Это вещь редкая, но не неслыханная. В прежние времена, когда на земле жило меньше людей, повелителей тоже было меньше, так что некоторые отвечали сразу за несколько видов искушений. Я самый, так сказать, молодой из повелителей, появился здесь лишь в восемнадцатом веке. У меня всего один грех, и у тебя, тем самым, ни с чем другим серьезных проблем быть не должно. А что-то есть?
— Нет-нет, не у меня, это просто любопытство.
— Среди отцов твоих приятелей, — продолжал отец, — только один в какой-то момент отвечал за два греха. Это Алоцер: до того, как явился Фарзуф, он был повелителем гнева и похоти. Постой-ка — а кто именно говорил тебе о нескольких грехах?
Я прокашлялась.
— Ну, да, я это слышала от Копа, — и я заторопилась сменить тему. — Жаль, что ты не остался сегодня. Так забавно было наблюдать за Джинджер и Патти…
— Не спеши так, погоди секундочку.
Я крепче сжала трубку в руке и невинным тоном спросила:
— Да?
Тишина.
— Скажи, пожалуйста, у Копано нет греха похоти?
Я зажмурилась.
— Отец, он исключительно хорошо владеет собой…
Непонятный шум на другом конце линии не дал мне договорить — вероятно, отец ругался последними словами, прикрыв микрофон рукой. Я съежилась от ужаса.
Наконец ругань закончилась, и отец спросил:
— Что между вами произошло?
Почему я так боялась его гнева, даже по телефону?
— Это целиком моя вина…
— Не желаю этого слушать! Просто скажи, что ничего не было!
— Ничего не было, — уверила я его. — Честное слово. — Это не было ложью, поскольку отец явно имел в виду секс.
Некоторое время мы оба молчали, успокаиваясь. Затем я прошептала:
— Отец, прошу тебя, не сердись на него.
— Я и не сержусь. — Он вздохнул. — На самом деле Коп поговорил со мной после того, как вы вернулись из Австралии. Сказал, что ему, видимо, больше не следует тебя сопровождать. Я решил, что ему мешают чувства, которые он испытывает к тебе.
— Да, именно это он и имел в виду. Слишком всё усложнилось.
— Ну, ладно. В Калифорнию ты едешь сама по себе, а для следующих поездок надо будет что-то придумать. Не хочу, отправлять тебя туда одну — слишком много неизвестных составляющих.
Я это понимала и была согласна.
— А можно еще один вопрос? Почему у Копа значок не красный? Или не красно-черный?
— Испы всегда наследуют действующий цвет значка отцов, независимо от других свойств, которые могли проникнуть в гены. Ты, похоже, единственное исключение.
— Угу. — Я зевнула и легла на кровать.
— Поспи немного.
Я поудобнее устроилась на подушке, закрыла глаза и прошептала:
— Спасибо, что пришел сегодня.
Он буркнул что-то нечленораздельное, я улыбнулась в темноту.
— Люблю тебя, отец.
— Я тебя тоже.
Редкое зрелище сравнится с океанским побережьем в окрестностях Санта-Барбары, где по одной стороне шоссе тянутся особняки, один другого шикарнее, а с другой едва не срываются прямо в океан острые скалы. Я опустила стекла в машине и всем телом впитывала соленый воздух. До дома Блейка оставалась пара миль. Двойняшки говорили мне, что Каидан часто проводит там выходные. Сегодня как раз была суббота, и значит, у меня был шанс рассказать всё им обоим сразу.
Я сняла одну руку с руля и помассировала живот в области солнечного сплетения, пытаясь таким образом успокоить разгулявшиеся нервы.
Увидев рядом с городком аттракционов магазинчик принадлежностей для серфинга, я свернула к нему. Горячий ветерок трепал мои распущенные волосы. Я не думала, что выберусь в эту поездку на пляж, и не захватила купальника, а сейчас мне вдруг пришло в голову им обзавестись. На всякий случай. Наверное, запах океана и вид сливочно-белого песка изменили мое настроение. А может быть, я просто искала повод задержаться, хотя бы и ненадолго.
